Вольные стрелки

 – Что еще ты должен был сделать для Берка?

– Достать ему яд? Хороший, надежный!

– Так и что дальше?

– А дальше, когда Берк привел в гостиницу вас и шлюху, он приказал мне подняться к нему в номер через час. Я поднялся, а там вы и шлюха лежите мертвыми. Берк приказал вас раздеть и уложить в постель. Я выполнил его приказ, потом он меня связал и затолкал в ванную.

– Зачем?

– Не знаю. Думаю, он хотел меня убить.

– Номер был зарегистрирован на его имя?

– Да.

– И как он тогда хотел скрыться от следствия?

– Не знаю, господин, но Берк очень сильно нервничал всё время, похоже, что для него это всё было впервые.

– Ясно. Советские люди в городе есть? Консульство? Воинские части?

– У нас в городе нет советских людей, а вот в порту Линди есть советские граждане.

– Город Линди?

– Да, господин.

– Далеко Линди отсюда?

– Не особо, на лодке с мотором можно за пару часов добраться.

– Ага, а ты значит у нас из тех шустрых парней, которые за деньги всё могут достать?

– Ну, вроде того, – как-то неуверенно произнес Паспарту и пожал плечами.

– Сможешь достать лодку с экипажем, чтобы отвести меня до Линди?

– Э-эээ? А разве не следует вызвать полицию?

– Конечно следует, – хмыкнул я, – в тюрьму захотелось? Кто достал яд для англичанина? Ты! Ну, вот и делай выводы, что ты соучастник убийства двух людей.

– Господин…

– Молчать! – рыкнул я. – Еще раз спрашиваю, ты достанешь лодку с экипажем или мне вызывать полицию и делать всё через официальные власти?

– Я…я…, – замямлил чернокожий парень, – я смогу вам помочь.

– Отлично.

В этот момент я представил, как в скором времени попаду к своим соотечественникам и мне надо будет что-то им рассказать. А, что рассказать? Правду? Типа, я из будущего? Ага, щазз. Ну, здесь всё просто. Скажу, что я такой-то, вот, дескать паспорт, был отравлен англичанином, вот его паспорт, вот бутылка с остатками яда, вот свидетель, который всё подтвердит, а я сам вследствие отравления ни хрена не помню, амнезия у меня, вызванная токсинами яда растительного происхождения.

Как там Паспарту сказал? Уабаин? Ну, вот, значит отравили меня этим «ёбаином» и я ни хрена не помню. Причем амнезию играть будет легко, я ведь действительно ничего не помню, а точнее не знаю из жизни своего отца, то есть если ко мне подведут любого человека, которого отец хорошо знал лично, то я никак на него не отреагирую, потому что впервые буду его видеть в своей жизни.