Понтификум. Пепел и грех

Я бы даже сказал – преуменьшают, – Кандидус зловеще улыбнулся, медленно убирая руку с плеча Ликуриса. – Я передам колокольчик эклессии. Скажу, что мы предали правосудию того, кто осмелился украсть священную вещь. Когитион, знаешь ли, крайне редкий металл. Ты ведь знаешь, да?

– Разумеется, – промямлил книжник.

– А теперь садись на место, налей себе эля и расскажи нам какую-нибудь занимательную историю. Ночь Бледного Покрова не будет хорошей без славной истории.

Регилус налил Ликурису пенного эля из кувшина и легонько стукнул своей кружкой о кружку книжника.

– Да, конец Темпуса надо встречать славной историей, Ликурис. Напряги память. До Тенебриума ехать долго. Смекаешь, к чему я? – юноша подмигнул трясущемуся мужчине.

– Да, мастер Регилус. У меня в запасе ещё множество историй.

Карта земель Понтификума

Глава 1

Важные вести не просят отдыха

Холодный ветер сорвался с одетых в снежные кафтаны гор Безмолвной Скорби и, злобно завывая, унёсся в долины.

Сбил в тёмных и негостеприимных лесных чащах несколько ломких веток, пронёсся через укрытые белым покрывалом снега поля, обогнул ревущую реку и догнал свою цель – одинокого путника, шедшего по запорошенному тракту. Торжествующе взвыв, прорвался сквозь плотный шерстяной плащ, и, сквозь чёрные металлические пластины доспеха, добрался до кожи, покрытой землёй и пеплом.

– Первый день месяца Дрожащей Земли, а здесь до сих пор лежит снег. Проклятье, обычно Срединные Земли Понтификума избавлены от цепкой хватки зимы, – глухой голос путника облачками пара вылетал из-под шлема.

Ветер колыхал траурный плюмаж*.

Человек взглянул на небо: невидимое за плотным слоем понурых туч солнце клонилось к закату, и на вытянутую ладонь путешественника опустились первые чешуйки пепла. Рука инстинктивно схватилась за рукоять меча, украшенную тёмным опалом. На мгновение воину показалось, что перед ним промелькнула чёрная тень, но, едва он моргнул, видение исчезло.

– Хвала Скорбящему, Великий собор ещё стоит.

Пепел не обратил меня в безумца. Что ж, проживём ещё год, – человек усмехнулся и продолжил путь.

Слева несла свои неспокойные воды река, а справа высились неприветливые леса Разрезанных Крон. Сейчас, без своих остроконечных листьев, голые деревья со скрючившимися от холода ветвями выглядели угрюмо. В бледных закатных отблесках впереди показались спящие поля и первые, беспорядочно раскинувшиеся деревенские хижины и плетни.