По следу тигра

Тут небольшой поворот, и что делается за ним, со стороны закрытого кафе не видно. Зато все, происходящее там – как на ладони. Иномарка Вована пронеслась мимо, и Максим успел заметить, что правый задний поворотник на машине цел. И для этого надо было в автосервис заезжать? А у самого руки, что ли, из задницы растут, или понты не позволяют? Раздумывать о навыках и способностях сутенера было некогда, он уже почти пропал из виду. Максим рванул следом, вытащил из кармана куртки «Макаров», положил его на соседнее сиденье.

Дал по газам, понесся, вылетая на встречку, чтобы обогнать идущие впереди грузовики и дальнобойные фуры. Пару раз пришлось резко уходить обратно, прятаться за гигантские прицепы, отсиживаться, пропуская встречные машины. И рывком обгонять их, одновременно вертеть головой по сторонам, высматривая иномарку сутенера. Тот как сквозь землю провалился, и Максим уже решил, что проскочил место, где тот съехал с шоссе, собрался разворачиваться. Но нет, вот он, впереди, машина стоит на обочине, рядом топчутся две девицы. Вован и тут не задержался, резко взял с места, погнал вперед, Максим не отставал. И уже взял оружие, приготовился открыть окно, когда иномарка остановилась на неосвещенном участке шоссе. Вован съехал на обочину, вылез из машины, рысцой обежал капот, открыл вторую переднюю дверцу. И принялся расстегивать штаны. Да так и помер с переполненным мочевым пузырем: Максим вдавил педаль газа в пол, въехал «кенгурятником» в зад иномарки сутенера, снес и его с дороги. Тот исчез под грудой металла, Максим выскочил из машины. Вован был еще жив, лежал на животе и даже пытался приподняться на руках. Максим подбежал, пнул его ботинком в затылок, вытащил из ножен на поясе Пашкин нож. Вован стонал, выл и плевался, снег рядом с ним быстро покрывался темными пятнами. Медлить было нельзя, мимо шел поток машин, и кто-то обязательно остановится посмотреть, в чем дело. Максим нагнулся, схватил сутенера за волосы, поднял тому голову и быстрым движением перерезал горло. Обыскал карманы, вытащил из внутреннего, на спортивной, с белыми полосками куртки пачку купюр и бегом, не оглядываясь, рванул через пустырь.

Дома он первым делом оттер от крови нож, убрал его вместе с «Макаровым» на антресоли. Потом, отмывшись и отогревшись, выключил свет и лег на диван, смотрел в потолок на переплетение теней – полосы двигались, перемещались, скользили по белой поверхности. У Стрелкова сегодня выдался чертовски тяжелый день.