Советы Богу

– Время точно помнишь?

– Сейчас, – Максим стал копаться в смартфоне, – 01:23 списание денег с карты, в магазине я платил. Все, в принципе, я пошутил еще, что она или смелая, или глупая – ночью в таком месте оставаться. И уехал домой, а с утра умчал в Холмогорск, откуда только сегодня под утро вернулся.

– То есть, грубо говоря, с двух ночи и до утра ты был один, и никто этого подтвердить не может?

– Получается так. Охранник на шлагбауме возле дома, может, запомнил. Есть камеры на подземке и в лифте, не знаю только, работают или нет.

В телефоне геолокация отмечается. Ну и около девяти утра я уже на трассе был, там камеры тоже есть.

– Ну, девять утра никого и не интересует. Она говорила что-нибудь о себе? Рассказывала, за каким хреном ей надо ночью на окраину города?

– Нет. Говорю же, веселилась и несла всякую чушь про шмотки, лайки и вечеринки. Пустышка, но симпатичная. Вообще оставила впечатление не очень умной девушки. Второй раз я б не стал с ней встречаться.

Скучно и предсказуемо.

– Ладно, поехали в отдел. Оформим под протокол твои воспоминания.

Друзья рассчитались по счету и вышли из кафе. Небо над морем было ярко раскрашено закатом. В это время года в Береговом в четыре часа вечера дневное светило уже готовится ко сну и прячется под одеялом облаков за морской горизонт.

– У меня проблемы? – спросил Максим перед тем, как разойтись по машинам.

– Ты последний, кто ее видел живой, причем всего за пару часов до смерти.

– Ну ты-то понимаешь, что все было так, как я говорю?

– Естественно. Я верю тебе, но в любом случае найди хорошего адвоката и постарайся достать записи с камер в доме. Поверь мне, пригодится.

– Не сильно ты подбодрил меня, друг, – усмехнулся Макс и сел за руль своего «Ягуара».

7

Петр Валерьевич Устинов жил круглый год на даче, участок был в черте города, что сильно упрощало логистику жизни пенсионера. Выглядел он максимум лет на пятьдесят, хотя в прошлом году отметил шестидесятилетний юбилей.

Пенсионер вел относительно здоровый образ жизни, выпивал редко и под хорошую закуску, свободное время проводил на природе, спортзал ему заменял огород. Загорелое поджарое тело и седой «ежик» на голове в жаркие летние дни на грядках сводили с ума престарелых соседок по участку. В хозяйстве у него была трехгодовалая «Нива», за которой отставной полковник ухаживал и следил, как за родным человеком.