Курганник

Виктор скосил глаза и, к своему удивлению, увидел несколько длинных темных волос. От увиденного его скрутил новый спазм, но желудок был пуст.

– Теперь все, – вздохнул кузнец.

Виктор выпрямился, кое-как доплелся до скамьи у стены.

– Господи… Это чё было-то? – тяжело дыша, спросил он.

– Святая вода.

Ковалев внимательно посмотрел на друга.

– Ты давал ее мне? Причастил, значит. А? – Он изобразил волосы, вытаскиваемые изо рта.

– Волосы – бабий приворот. Не дергайся. С тебя на сегодня хватит.

– К-как? И кто? Люба?

– Ну а кто ж. Патлы любимой не узнаешь, что ли? Привязать тебя хотела. Парень городской, видный. Бизьнесьмен. Сейчас на бизьнесьменов самая охота.

– Да пошел ты…

Виктор отвернулся. Макар с легкой улыбкой наблюдал за другом, испытывая жалость к человеку, который волей случая попал в странные обстоятельства и теперь пытается объяснить их с точки зрения собственного опыта. У Ковалева дрожали руки, от него воняло рвотой.

– Я же не глотал… это, – тихо произнес Виктор.

– В тарелку сыпанула толченых.

– И ты знал?! – Ковалев подскочил на месте. – Видел?!

– За ней уследишь! Как же! Ты же втюрился в нее с полоборота.

– Да пошел ты!

– Сам пошел! Умываться.

Виктора трясло от холода, потому самостоятельно умыться у него не получалось. Лизе пришлось поухаживать за гостем. Теплые ладошки омыли лицо, шею Ковалева, а потом вытерли толстым полотенцем. Виктор с наслаждением окунулся в махровое облако, чувствуя себя маленьким мальчиком в материнских руках.

– Ну вот. Как новенький, – сказала Лиза, глядя на него грустными глазами.

– Спасибо, – тихо произнес Виктор, не отводя взгляда. Вранье!

Вранье все, что Любка наплела. Лживая сука! Тварь!

Он коснулся губами девичьей ладошки, но Лиза быстро отдернула руку.

– Идите спать, Витя, – посоветовала она, отворачиваясь. – Я вам в комнате постелила.

Макар отбросил тюль, зашел в беседку, где они с Лизой обычно спали теплыми летними ночами.

Зотов бросил полотенце на спинку стула и сидел, ссутулившись, думая о чем-то своем.

– Мак, – тихо прошептала Лиза. – Мак, может, тоже выпьешь воды?

– Перестань, мышонок. – Голос Макара был немного раздраженным. – Второй раз на те же грабли – это слишком. Тем более я сидел далеко. Будет она на виду у всех через стол тянуться.