Майор из Варшавы

Здесь еще только размещались, и захлопотанный дежурный, просто махнув рукой, показал комнату, куда следовало идти. Меланюк приоткрыл дверь и, увидев стоявшего к нему спиной человека в «цивильной» рубашке, недоуменно начал:

– Я перепрошую… – но как только хозяин кабинета повернул к нему голову, Петро радостно вскрикнул: – Пане инженер! Пане Длугий, доброго дня, то ж я, Меланюк…

– Вижу что Меланюк.

Длугий потянул к себе висевший на спинке стула мундир. Едва разглядев крученые погоны, Петро вытянулся и гаркнул:

– Герр гауптман! Прибув за призначенням! До Лянддинста!

– Ага, будешь теперь сельхоздобро охранять…

Длугий усмехнулся, надел мундир, взял лежавшую с края стола папку и сел.

Небрежно полистав бумаги, он откинулся на спинку стула.

– Вообще-то тобой довольны, пан Меланюк, – Длугий хитро прищурился – Чи може герр Меланюк, а?

– Шуткуете, герр гауптман… Мене, якщо називати, треба «г» на «х» змiнювати…

Длугий совсем завалился на спину и громко захохотал:

– Молодец! Знать свое место в нашем деле – большой плюс.

 – Длугий резко оборвал смех. – Интересуюсь, как ты свое будущее представляешь?

Петро никак не мог понять, чего от него хочет Длугий, и подобрался.

– Це що ви маете… На зараз?

– На потом. Как через пару месяцев большевиков расколотим.

– А чого ж тут думати? – Петро хитро прищурился. – Як ви, наприклад, пане гауптман, будете у маетку, то я б хотел хуторочек, од вас десь неподалик…

– Хуторок-то небось с трактором? – улыбнулся Длугий.

– Та навищо? Мени б коней! Дви запряжки…

– А то и три! – Длугий коротко хохотнул, и его настроение неуловимо сменилось.

 – Ну а до своих, украинских панив, ты как?

– До яких? – Меланюк нутром почуял опасность вопроса.

– А до тех, что друг другу «пиф-паф» делают?

– А до тих, я перепрошую, я видношення не маю…

От плохо скрытого внутреннего волнения на лице Меланюка выкатились желваки.

– При чем тут отношение! – неожиданно рассердился Длугий. – Меня интересует, чья работа? У вас об этом что говорят?

– Я перепрошую… – на всякий случай Петро еще потянул время.

 – Герр гауптман спрашивают про Лемика?

– Наконец-то дошло! – Стул Длугого, качавшийся на ножках, с треском хлопнулся на место. – Ну?..

Петро подавил едва не вырвавшийся вздох облегчения и начал:

– Я на це зважую, що то робота красных симпатыкив…

– Почему?

– Так звисно ж чому… Наши хлопци всих тих бильшовикив, що залишилися, того… – Петро как топором подрубил воздух ладонью.