Звезды у миров общие

– Кушай, кушай, наше солнышко ясноглазое, – с нежностью глядя, как уплетает за обе щеки Марэна, произнесла старшая смотрея Альмалия. – Главное чтобы в лошадку корм. Давно вам поправиться надо, Ваше Высочество. А то сызмальства все нос воротили от яств изысканных, словно от похлебки луковой. Как птичка-невеличка кушала. И в чем только душа держалась.

Все это было сказано с искренней теплотой, но на Марэну слова няньки произвели обратный эффект. Принцессу словно ушатом холодной воды окатило. И кусок пирога в горле встал, едва не поперхнулась.

Аппетит у девушки, словно корова языком слизала.

Марэна отложила сдобу и отодвинула тарелки со сладостями.

– Спасибо, я наелась.

Няньки, хлопотавшие вокруг принцессы, неодобрительно заохали.

– Да что же вы Ваше Высочество, так нас огорчаете, – всплеснула руками дородная Альмалия. – Отведайте еще душистых ватрушек с медком. Вам сил набраться надобно.

– Благодарю, я действительно не голодна, – вежливо, и вместе с тем непреклонно ответила принцесса, бесстрастно посмотрев на няньку.

Сделав несколько глотков шоколада из фарфоровой чашки с золотыми вензелями, Марэна промочила губы салфеткой и поднялась.

– Благодарю! Можете уносить.

В голосе девушки прозвучали привычные для нянек повелительные нотки.

Няньки, помня крутой нрав девушки, и не теша себя иллюзиями по поводу её странного поведения, не стали ее больше уговаривать, чтобы не получить, как часто бывало, нагоняй. Принцесса не успела и глазом моргнуть, как проворные смотрухи освободили стол от еды.

Честно признаться Марэна встала из-за стола с чувством легкого голода, как и предписывают диетологи. Конечно, если бы не своевременное напоминание Альмалии, то она бы еще долго блаженствовала, вкушая изысканные лакомства и… подготавливая благодатную почву для набора веса в чужом теле, в котором ей к сожалению, или к счастью, недолго было суждено оставаться. Девушка даже ни на секунду не сомневалась в том, что уже в следующее полнолуние она вновь окажется в своем родном мире, а бедная душа настоящей принцессы, потугами мудрой ведьмы Гонзанны возвратится в эту великолепную оболочку, которую прежняя хозяйка холила и лелеяла, и, по всей видимости, держала на строгой диете.

Марэна-Марина, как порядочная девушка, не понаслышке знавшая каково это жить «жизнерадостной пышкой», просто не могла себе позволить испортить лишними килограммами такую точеную фигурку, которой она в настоящее время любовалась в огромном зеркале.