Похоже, игра подходит к концу. Том 4

Кажется, словно с каждым днём человеческая суть становится чуть понятней и… систематизированней? Причём, распространяется это исключительно на отрицательные чувства, отчего я лучше понимаю их источники и причину.

Именно за этим мне и нужен ЭндГейм – понять природу человеческих пороков. Я хочу стать не просто человеком, а идеальным его воплощением. Или, хотя бы, понимать суть этого идеала. Именно это моя цель в ЭндГейме – узнать, почему человечеству свойственно из раза в раз себя разрушать.

А для того чтобы перескочить сотни лет жизни, я должен поглотить опыт сущностей, уже давно владеющих нужной мне информацией.

И поэтому мне нужны Грехи. Они – самый короткий путь к необходимым знаниям.

– Но для начала их стоит найти… и не сдохнуть, да.

А, ну и вдобавок – уничтожить полмира. Точно.

И как я мог забыть о такой мелочи?

То, что я ненавижу – 2

Призраки солдат вернулись спустя минут десять интенсивной войны с крысами.

Видимо, новых Смертных Грехов в этом обновлении не завезли. Жаль. Разработчику ставлю анти-класс.

Ради интереса я спустился в склеп и убедился, что это действительно место моего первого появления. Все комнатки так и остались пустыми, а в самой последней так и лежал каменный саркофаг, но уже без трупа внутри.

“Кстати, ты чё здесь лежал? Наелся и спал?”, – спросил я.

“Люди. Пытались запечатать”

“У них получилось”

“Нет.

У них бы получилось, если бы в мире не осталось идиотов, которые открывают охраняемые саркофаги”

“Че…”, – я нахмурился, – “Я для тебя какая-то шутка? Если да, то несмешно. Тщеславие и то получше шутил”

“Да не было никакого Тщеславия. Какой ещё к черту Грех без предмета?! Это была предсмертная воля Первородного. Грехов как было семь, так и осталось. Тебе просто поноса в уши налили, придурок”, – завизжал Гнев.

“То есть, несмотря на его ненависть ко лжи, он врал самим фактом своего существования?”

“Здорово, правда?”, – ухмыльнулся Лень.

“Нда уж…”, – я почесал затылок и сел в гроб, – “В вашей семье у всех беды с башкой?”

“Пф, нет”, – ответил Гнев.

“Да”

“Если пожелаешь”, – промурчала Похоть.

– Боже-боже… яре-яре…, – я улёгся словно в ванне, – Эй, похоть…

“А?”

– Хер на.