Чертовидцы, или Кошмары Брянской области

Играла песня «Третье сентября» Шуфутинского, хотя сам календарь утверждал, что в европейской части страны к концу подходило уже двадцать седьмое.

– Дерзай, оратор, – бросил Лунослав товарищу и направился к стойке. Взял карточку с меню. Ни одного салата.

Булат хлопнул в ладоши. Убедившись, что взгляды большинства сошлись на нём, заговорил:

– Езде – время, опросу – час. Прошлой ночью на трассе «Р-68» погибло около пятидесяти человек. Погибшие – пассажиры и водители транспорта, выехавшего в сторону Брянска с этой автостанции.

 – Заметил, как у некоторых вытянулись лица. – Не знали? Машинки из любых других точек трассы доезжают целыми. То же касается и времени. Погибли все, кто выехал с двадцати двух вечера до пяти утра.

– Станция проклята, – буркнул седой мужчина в застиранных джинсах.

– Возможно. Что-нибудь необычное в последнее время замечали? Озёрца холодного воздуха? Потемнение зеркал? Свечения? Может, погибшие перед смертью успевали что-нибудь сообщить? Потому что видеорегистраторы ни хрена не прояснили: что-то поджарило их начинку.

Зал по дуге пересекла тоненькая палочка и ударилась об «косуху» Булата, оставив на ней капельку слюны. Молодой человек перевел взгляд на атаковавший объект: жеваная зубочистка. Кулаки потяжелели, принимая кровь, подогнанную адреналином.

– А ты что еще за гнида? – От тарелки с недоеденным бифштексом оторвал голову Шлен, тридцатилетний обладатель покрытого шрамами подбородка. Массивный. В кожаном бомбере камуфляжного цвета. – Где твоя мышиная курточка рядового полиции?

– Что я за гнида? Я, гнида разэтакая, Булат.

А эта гнида зубастенькая, – показал Булат на помахавшего рукой товарища, – Лунослав. Но для тебя, дегенерата, мы – сотрудники бюро «Канун» и паранормальная дружина. Всосал?

– Всосал. Ну че сказать? И таким рожу бивали.

Остальные водилы покосились на Шлена. Слишком уж часто тот лез в бутылку на ровном месте. Главнейшей причиной всеобщей антипатии являлась прямо-таки фантастическая неприязнь Шлена к женщинам.

Терпимо он относился лишь к собственной сестре, Кире. Но о ней уже почти три месяца ничего не было слышно.

Булат расплылся в улыбке; кулаки разжались. Он всегда успеет познакомить лоб придурка со жратвой на столе. Только вряд ли таким образом он наберет очки популярности у прочих водил. Требовался рычаг воздействия. И желательно в погонах.

– Мы здесь по поручению одного психованного майора. Кто не хочет дружить с нами, подружится с тысячью его дубинок.