Чертовидцы, или Кошмары Брянской области

И это, хвала обруганным распятьям, случилось.

Булат, сыто отдуваясь, толкнул миску в сторону.

– Ну, спасибо за хлопоты, нянь в погонах, – сказал он. – А что за пусто?ты такие?

Питонин с неохотой расстегнул служебную рубашку и задрал майку. Он боялся того, что находилось под ней. Где-то в глубине души он надеялся, что труподел скажет, что всё о’кей, ерунда, к утру рассосется. Но труподел, как назло, с изумлением выкатил шары.

В груди полицейского зияла дыра. Ровные края, напоминавшие бережно загнутый внутрь пластилин.

Живой, пульсирующий срез внутренностей, наблюдаемый в полумраке. Казалось, кто-то воспользовался огромным ножом для удаления яблочных сердцевин.

И теперь место главной мышцы организма пустовало.

– Органы без органов? – Булат наклонился ближе. – И как ты? Не продувает?

– Ну, жру нормально, «мотор» тоже вроде как тукает. Всё будто на месте… только не во мне.

Булат кивнул, схватил со стола бутерброд и сунул в полицейского. Прямо в пусто?ту.

– Сдурел?! – Взбеленившийся Питонин оттолкнул его.

 – А если я тебе ручищу в зад запихну?

– Я тогда покраснею – прям как ты! – Булат рассмеялся. – Ладно, не скрипи седлом, Капитон. Зацени-ка лучше мою заразу. – Он не без гордости продемонстрировал загадочный волдырь.

Майор скривился, словно укуса хлебнул, но желудок, будучи закаленным ужасами работы, даже не вздрогнул.

– Похоже на гигантскую ветрянку.

– Только на такую зеленки не хватит. Ну-ка.

Булат просунул пальцы под белёсую кожу – и сорвал ее, будто разваренный, просоленный мозоль.

Внутри обнаружился чистый и белый книжный лист. Теплый. Молодой человек с недоверием принюхался, и его брови вскинулись. Невообразимо пахло прошлым, а именно: хлебным духом, разливавшимся по дому, когда каравай, румяный и пышущий, покидал печь.

– Что за чепуха? – Ничего не понимая, Булат дернул находку, и бумага отошла с кровавыми ниточками, напоминающими слюни. На груди тотчас вздулся новый волдырь, будто заплатка. – Грибок, что ли?

Он ковырнул мягкую корку новообразования.

Из-под волдыря показалась рубиновая капля крови.

Стало очевидно, что следующий «плод» еще не пророс.

– Ты теперь как пустой календарь? – Питонин хмыкнул. – А врачи всё гадали, что за пузырь. Срезать боялись: жизненные показатели падали. И рентген хрен пробивал.

В кабинет с извинениями вбежала Лаванда, погромыхивая сумкой с документами, телефонами, зарядными устройствами, термосом, бытовой мелочевкой и кое-чем поопаснее.