Чертовидцы, или Кошмары Брянской области

Ты хоть ведаешь, кто мы? Мы…

– Где Лунослав?

Булат еще раз пробежался взглядом по мерзкому интерьеру. Главное, не забывать, что сейчас напарник – бумажка. А где она может находиться? На письменном столике среди писчих принадлежностей? Однако лист с Лунославом обнаружился в совершенно непригодном для письма месте: под седалищем рыжего чёрта.

Молодой человек заулыбался, поневоле ощущая, как улыбка мутирует в оскал, с которым он будет резать рогатых уродцев.

– Погоди-погоди-погоди!.. – Балда привстал на одной ягодице и поднатужился.

Зашуршало – и лист с Лунославом наполовину втянуло в задницу чёрта. Снаружи остался виден лишь небольшой бумажный пучок, напоминавший верхушку салфетки из мохнатой тубы-упаковки. Какие ужасы поджидали скованного заклятием сотрудника бюро по «ту сторону» – оставалось только догадываться.

– Держу зад на последнем издыхании. А ты сам знаешь, распустившаяся прямая кишка всасывает всё, что в нее ни попадет. – Балда изобразил саму невинность. – Только дружка твоего смоет не в Дерьмоленд, а в соседнее, сдвинутое измерение!

Калач хмыкнул:

– Да, чел, не ожидал? У нашего босса в гузне не только ветерок гуляет.

Булат сделал над собой усилие, чтобы не «скосить» эту троицу. Усмехнулся. Да уж, без брюзжания Лунослава и не определить, правду говорят или нет.

– Ваше счастье, что специалист по черным дырам в оной же и застрял. Но это не означает, что я откажусь от идеи нарезать десяток килограммов волосатых суши.

Калач тяжело засопел. Пятачок от перевозбуждения и злобы увлажнился.

Между тем Боягуз наконец-то встал с карачек, на которых до этого отползал к столу. Проверил обломанный рог. Прокля?тая желтоглазая крыса! Теперь до весны ждать, пока новый вырастет.

– А ты выиграй свой листик в забавы-потехи. – Боягуз рассчитывал поквитаться здесь и сейчас. – Или слабо??

– Вы что, сказок обожрались? А если продую? – Время, проведенное в качестве вышибалы и разнорабочего в баре «Прощание», научило Булата тому, что инициатор спора зачастую сам уходил без денег, а в крайнем случае – и без штанов.

– Если продуешь, сделаем из тебя «Вишневый Литлер». Ликер с Гитлером на этикетке. – Калач оскалился, пустив слюну.

– Идеология и посыл понятны. Ежели я нагну вас, не видать вам собственных шкур. С живых сдеру. И Лунослава заберу. По рукам?

– По рукам. – Балда издал плутоватый всхрап. Взглянул на оживившихся подельников.