Чертовидцы, или Кошмары Брянской области

Он прекрасно осознавал, что его соперник весит как минимум на сорок пять килограммов больше. Крупнее, здоровее… психованнее. Впрочем, чего переживать, если твое касание может ущипнуть нематериальное и по желанию обжечь любую плоть, сотворенную тьмой? Возможно, это единственное полезное, что удалось выжать из Черномикона.

Два месяца назад, когда он только познакомился с Лунославом в баре, полном трупов, тот зачитал из про?клятого фолианта некий текст. В результате Булат обрел способность, выходящую далеко за пределы возможностей обычного человека.

Но глубоко внутри он подозревал, что Черномикон не даровал, а обличил скрытый талант. Как если бы нефтедобытчик обнаружил земляное золото, что испокон веков находилась на одном и том же месте.

– Ты ведь в курсе, что это от мастурбации? – Булат взглядом показал на волосатые ладони Калача.

– Что от мастурбации? – опешил тот.

– Волосы на хваталках растут.

– Правда, чел? – Замешкавшийся Калач обернулся к подельникам.

 – А… а у вас тоже из-за этого ладошки волосятся?

– Он тебе зубы заговаривает, кретин! Он… он… – Балда от возмущения не мог подобрать слов.

Воспользовавшись заминкой, Булат схватил противника за подставленную кисть.

Зашипело так, будто на раскаленную сковороду лег нежнейший бекон. Повалил неаппетитный дымок.

Калач засмеялся. Обладая низким болевым порогом, он чувствовал, что аномальное касание чертовидца жжет, но не кусает. Однажды, догоняя в лесу девку, искавшую в ночь на Ивана Купалу цветущий папоротник, он ободрал себе рожу о сухую ветку.

И лишь по взгляду пойманной беглянки, то и дело сдвигавшемуся вбок, он сообразил, что оставил где-то позади собственное ухо. Только это и спасло девке жизнь.

– Плевал я на боль, чел. – Калач до хруста стиснул руку чертовидца. – Да и на тебя с колокольни – тоже! – И он действительно харкнул в сотрудника бюро.

Плевок пришелся Булату на левую щеку, вызвав у него гневный тик.

– Верблюд свинорылый! – Он на миг прикрыл глаза, чтобы они не лезли на лоб от раскалывающей руку боли, и дал ответный залп слюной.

Боягуз с ухмылкой подобрал кочергу, а Балда облизнулся. Рука молодого человека зримо – миллиметр за миллиметром – уступала натиску усердно сопевшего здоровяка.

– Не такой уж ты и крутой, Бэтмен![12 - Старый глупый анекдот. Выбегает как-то ночью на улицу обдолбанный наркоман и ломом забивает монашку. Потом вслушивается, оглядывается. Никого.