Разбойничья Слуда. Книга 4. Рассвет

– То у вас выходной, а скотина ись каждый день хочет, – донесся до него голос бабки. – Вас, поди, кажынный день кормят и поят, а порой и за зря. Испотачила[4 - Изнежила (местное)] вас мать. Раньше робили, так робили. Никаких часов не знали, не то выходных. Отец мой, царствие ему небесное, на работу шел, когда солнце вставало, а с работы – когда оно за горизонтом свои бока спрятало. А нынче что?

– Бабуля, то, верно летом. А зимой получается, что все больше дома сидели, – сострил почти проснувшийся Толька.

– Вот только над бабкой посмеиваться и умеете, – не унималась Евдокия Антоновна.

– Ну, мама! – в сердцах крикнула Евдокия. – А вы и правда, вставайте. А то я за двери, а вы снова на бок, – уже смягчившись, обратилась она к детям.

Потрепав Тольку по волосам, невестка подошла к свекрови.

– Мама, пусть они поедят хорошенько. Может целый день в лесу проходят.

Евдокия Антоновна поставила на стол единственное в доме блюдце и улыбнулась.

– Тебе Дуняша уж тридцать три, а как мамаша молодая о своих птенцах печешься.

Неужто думашь, что дитяток твоих голодными выпровожу? От слов таких худо мне становится, – она попыталась придать голосу обиду, но получилось не очень убедительно.

Невестка, не желая слушать известные наперед упреки свекрови, положила ей на плечо руку и спокойно проговорила:

– Пойду я, мама. Председатель к опозданиям строго относится.

Она на ходу повязала платок и толкнула дверь.

За столом братья какое-то время вели себя молча.

Не спеша съели одну на двоих миску овсяной каши, то и дело зевая, и лениво потягиваясь. Затем полакомились пареной репой и, наконец, добрались до своих любимых шанег с толокном. Запив все жирным козьим молоком, ребята окончательно проснулись.

Сегодня в школе был выходной. Первый после того, как в октябре начались занятия. В последние годы в Ачемской начальной школе они начинались не как в городе. Но радости от того у местной детворы было не много. Лишний месяц давался в деревнях вовсе не от желания пожалеть крестьянских детишек.

Скорее наоборот. Потому как весь сентябрь школьники работали. С утра на колхозных полях или скотном дворе, а с обеда уже и в своих огородах. А придя в школу, до декабря учились без выходных, наверстывая образовательную программу.

– А я хотел сегодня в читальню[5 - Изба-читальня (местное)] сходить. Выходной ведь, – вытирая рукавом рот, проговорил Витька. – Машка Ларионова обещала про городскую жизнь рассказать.