Разбойничья Слуда. Книга 5. Самолет

Их бы в церковь отдать: там у них каждый день праздник.

– Не гневи Бога! – не выдержал Конюхов.

– А он-то тут причем, – вздохнула Анисья.

– Ладно, иди. Вечером покумекаю над отчетом, – смягчившись, проговорил Григорий.

К полудню хорошенько отдало и, выпавший накануне снег растаял, будто его и не было. Утоптанная вокруг стоявшего у гаража трактора белая корка постепенно превратилась в грязное сплошное месиво. Жижа под ногами суетящихся тут же мужиков болотисто чавкала, смешиваясь с их натужными вздохами.

Наконец, тот, что помладше с круглыми оттопыренными ушами парень выпрямился и отбросил на сухое место большой гаечный ключ. Переступив на более сухое место, он взглянул на запыхавшегося напарника и задорно затянул:

«Мы с приятелем вдвоем

СХТЗ не заведем.

Поломался НАТИ[4 - СХТЗ-НАТИ – первый трактор с конструкцией отечественной разработки]

Как всегда некстати».

– Васька, ты бы лучше с конденсатом разобрался. Посмотри спускной краник, может из-за него запирает. Все больше пользы, чем от частушек твоих, – выпрямившись, произнес Митька Гавзов.

Он обтер о штаны замасленные руки, затем провел ими по лбу, смахивая выступивший пот.

– А чего? Худы ли частушки? Девкам нравятся. И не только им. Старики частенько просят, чтобы я им спел. А и по. Дума, вот деньги начать брать. Ну, окромя своей бригады и…, – он задумался ненадолго и тут же добавил: – И их семей.

– Ну и балабол ты, Васька! Говорю, краник посмотри. Потом песни свои петь будешь, – вспылил Гавзов.

 – Что ты за человек! Десять раз нужно тебе сказать.

– И чего смотреть на энтот краник, коли я еще вчера его промыл, – обиженно ответил Оманов.

– А чего сразу не сказал?

– Чего, чего. Сказал сейчас.

– И что тогда железяке этой нужно? – Митька пнул ногой по прилипшему на тракторной гусенице комку глины. – Конюхов с Михеевым под суд отдадут, если в праздник по деревне с флагом не проедем. Вон, наверное, уж и посыльный от него бежит. Легки на помине. Сейчас допрос с пристрастием учинит, – Гавзов ткнул рукой в приближающийся женский силуэт.

– Да, не-е. То Машка Уткина, кабыть, ножонками семенит. Поди, по мне родимому соскучилась, – произнес Васька и громко захохотал.

– Тебя послушать, так все девки только о тебе и думают, – усмехнулся Гавзов. – Больше кавалеров нет.

– А что? Красавец, да и опыт определенный жизненный имею. Им это нравится.

– На себя посмотри, красавец тоже мне, – передразнил его Митька. – Третий десяток пошел.