Последняя обойма

Возвратившись в зал, начальник патруля вдруг заметил в углу позади продавщицы что-то накрытое стеганым одеялом и куцым женским пальтишком. Это «что-то» очень походило на человека, стоявшего на коленях и приникшего лбом к полу.

– А это что? – остановился старший лейтенант.

Девушка в недоумении оглянулась.

– А-а… это рассада, – вспомнила она. – Несколько дней назад высадили в грунт семена цветов. Теперь до всхода они должны постоянно находиться в тепле.

Потоптавшись, офицер направился к выходу. Рядовые патрульные поспешили за ним.

Девушка с полминуты нарезала большие прямоугольники из прозрачного упаковочного материала. Затем выпорхнула из-за прилавка, приоткрыла входную дверь и осторожно выглянула наружу.

Вернувшись, тронула прикрытую «цветочную рассаду»:

– Они ушли.

«Рассада» зашевелилась. Из-под стеганого одеяла показалась коротко стриженная голова юноши:

– Точно?

– Я только что посмотрела – ушли по улице Чапаева в сторону Крытого рынка.

– Тогда мне нужно возвращаться в училище. Большое спасибо за предоставленное убежище. Если бы не ты…

– Да ладно, чего там, – смутилась девушка, заново укрывая стоявшие у стенки горшки с грунтом.

Она проводила курсанта до двери. Прежде чем исчезнуть в темноте зимнего вечера, он легонько пожал ее прохладную руку и спросил:

– Тебя как зовут?

– Оксана.

– А меня Андрей. Можно я зайду в твой магазин в увольнении?

– Заходи, магазин открыт для всех, – она опустила голову, чтобы молодой человек не заметил, как ее щеки покрылись румянцем.

– До встречи! – И он толкнул дверь.

* * *

Припомнив знакомство со своей будущей супругой, Андрей Воронов не смог сдержать счастливую улыбку.

Он сидел в кресле «Ил-62», принадлежавшего Министерству обороны. Самолет летел по маршруту Москва – Кабул, перевозя большую группу офицеров Генерального штаба и ГлавПУРа. Очередная толпа проверяющих. Пару недель они пошатаются по частям в Кабуле, заработают чеки, прикупят шмотки и вернутся домой, бравируя перед коллегами участием в боевых действиях.