Последняя обойма

Глянув на проплывавшие за бортом облака, Воронов откинулся на подголовник кресла и, закрыв глаза, опять погрузился в воспоминания…

Как же все складно тогда получилось: самовольная отлучка домой – мама в декабре справляла день рождения, и Андрею не терпелось поздравить ее; неожиданная встреча с патрулем, бегство от него по центральным улицам Саратова; яркая неоновая вывеска цветочного магазинчика, короткий разговор с девушкой-продавщицей…

Да, ее находчивость и милая внешность долго потом не давали покоя молодому курсанту.

Едва дождавшись выходных, Воронов получил увольнительную и помчался в магазин, располагавшийся в четырех кварталах от КПП Авиационного училища.

Оксана сразу его узнала, заулыбалась. А он, подождав, пока торговый зал покинет единственный покупатель, подошел и протянул ей коробочку конфет:

– Это тебе.

А часа через полтора, дождавшись окончания рабочего дня, парочка отправилась бродить по улицам вечернего города…

* * *

Три месяца назад Андрей Воронов отметил свое сорокалетие.

Сразу за юбилеем последовали экзамены в Академии Генерального штаба и долгожданный выпуск с торжественным присвоением воинского звания высшего офицерского состава – генерал-майор. Тогда же он получил и новое назначение на должность заместителя командующего ВВС 40-й армии.

В глубоком детстве Андрюшка обладал отталкивающей внешностью: угловатая фигура, покрытое веснушками лицо, оттопыренные уши, вздернутый нос. Впрочем, это не помешало ему стать заводилой и главарем уличных хулиганов.

К выпускному классу школы фигура Андрея благодаря регулярным занятиям спортом выправилась и стала образцовой, черты лица сгладились, и многие одноклассницы с удивлением обнаружили, что за соседней партой сидит настоящий красавчик.

В его внешности действительно присутствовал легкий налет демонизма: гладкая кожа с ровным коричневатым загаром, темные слегка вьющиеся волосы, серо-голубые глаза, прямой нос над тонкими губами и завораживающий баритон.

Но было поздно – красавчик перестал нарушать дисциплину, не замечал одноклассниц, взялся за ум и всецело погрузился в подготовку к вступительным экзаменам в Сызранское Высшее военное авиационное училище.

Будучи курсантом, Воронов иногда вспоминал отголоски былой саратовской вольности, однако чем меньше оставалось времени до государственных экзаменов, тем реже его посещало желание одним необдуманным поступком лишиться мечты стать военным летчиком и сломать свое будущее.