Узники утлого челна

– Какая такая опасность может грозить чародею?

– Может! И вообще… – Забава помялась и вдруг выпалила: – Я спала с ним! У меня будет от него ребенок! Я прошу вас!

Она несомненно опять врала, но Наталью это уже не трогало.

Вестимо, приютить чародея в обители Ордене стало бы не самым дюжинным поступком, но, с другой-то стороны, и ничего противозаконного в этом нет.

Всей Словении известно, что додолки – добрые мягкие женщины, они готовы помочь любому и всякому. Ведь именно Семаргл ненавидит Додолу, сама же Додола никогда ахово к своему брату не относилась.

В конце концов, обязанный своим здоровьем Ордену волшебник – это тоже не салки-жмурки. Но… Но от раненых шпагой колдунов все-таки лучше держаться подальше, тем более – от столь высокопоставленных. Он же, небось, с самим Кудесником на короткой ноге. Здесь и Великая княгиня может не защитить!

– Я прошу вас!!! – взмолилась гостья.

Наталья встала:

– Передайте сестре Иве адрес чародеева врача. Мы немедленно вызовем его сюда и передадим раненого на его попечение.

Врач пусть и со стражей разбирается, коли потребно будет. Вы же… – Наталья помедлила. – Вы, буде пожелаете, можете остаться в обители. Работа у нас найдется.

Девица тоже поднялась, выпрямилась. Глаза ее полыхнули гневом.

– Ввек не останусь тут! Скорее сдохну под забором. – Она стиснула руки так, что хрустнули персты, и подбоченилась. – Лучше к Марене, чем в вашу обитель! А вы… А вы еще пожалеете! Додола вас накажет!

– Ступайте прочь! – ответила Наталья величественно.

Забава, высоко вздернув подбородок, удалилась.

А Наталья, тут же выбросив ее из головы, принялась готовиться к встрече с руководительницами приютов. Ей было грустно, но решение свое она считала единственно правильным.

Впрочем, окромя грусти, ей мешало еще что-то, стучалось в мысли, и никак его было не поймать…

Без нескольких минут десять, когда пришло время перебираться в административный кабинет, на пороге без приглашения возникла Ива Алюшникова.

– Мама Ната! Я полностью осмотрела больного волшебника. Оказывается, он ранен.

– Я уже ведаю о том, – сказала Наталья.

И плевать мне на его рану, хотела добавить она, но почему-то спросила:

– Что с ним случилось?

– Странная рана, мама Ната… Кабы она не была совершенно сухой, я бы сказала, что его укусила собака.

– Вот как? Действительно странно… Чтобы волшебника укусила…

И тут Наталью аки перунова стрела поразила.