Николай Самохин. Том 2. Повести. Избранные произведения в 2-х томах

 – Не выйдет! Или рвите, или я сам его выбью… Кирпичом.

Доктор пожал плечами и вырвал зуб.

Я поблагодарил его, вышел из больницы и, шумно вздохнув, далеко в кусты зашвырнул папку для рецептов с отделением для анализов.

ПЕЧАЛЬНЫЙ СЛУЧАЙ

Ночью Сидоренке приснился сон: по бесконечному болоту сами собой шли резиновые сапоги. Они шли, совсем не вязли и не оставляли следа.

Сидоренко долго бежал по краю болота. Все надеялся, что сапоги остановятся, причалят к бережку. Ему очень хотелось посмотреть на этикетку. По виду сапоги были наши, производства Егорычевской фабрики резиновых изделий.

Однако их удивительные качества смущали Сидоренку. И он все бежал и думал: «Не может быть. Это наверняка цебовские».

Но тут сапоги повернули в открытое болото и скоро исчезли, унося тайну своего происхождения.

А Сидоренко проснулся.

Он надел вьетнамскую рубашку с вечно крахмальным воротничком, польские штаны, пристегнул итальянские помочи, накрылся сверху немецкой шляпой «Элегант» и вышел прогуляться. Внизу у подъезда сосед заводил мотороллер.

А мотороллер не заводился. Только кашлял и подпрыгивал на месте.

– «Чизетта?» – спросил Сидоренко.

– «Чизетта!» – сказал сосед и плюнул. – «Чизетта», туда-сюда налево!

– Раз «Чизетта», значит, заведется, – пообещал Сидоренко. И остался посмотреть, потому что все равно было воскресенье. Действительно, через полчаса мотороллер завелся.

– Вот видишь! – обрадовался Сидоренко. – А с нашим бы ты до вечера проколотился. Будь уверен.

Сосед прыгнул в седло и уехал.

А Сидоренко решил сходить в кино. Фильм оказался зарубежным, недублированным, только с надписями. Так что многие уходили с середины, а многие и под конец. Это страшно огорчало Сидоренку. И он даже два раза крикнул:

– Закройте дверь! Некультурность какая!

А выходя из кино и прикуривая у одного из зрителей, вежливо сказал:

– Вот, между прочим, показательно! Даже не зная языка и кое-что не понимая, сразу чувствуешь, где настоящее произведение искусства.

Зритель промолчал.

Потом Сидоренко встретил приятеля, и тот затащил его к себе – немножко выпить и закусить. Приятель поставил пол-литра белого, пол-литра красного и насыпал в тарелку маринованных подберезовиков.

– Шикарная закуска, – сказал он. – И всего рубль восемнадцать банка.

– Импортные? – спросил Сидоренко.

– А черт их душу знает, – сказал приятель. – Я не посмотрел.

Сидоренко зацепил вилкой грибок, внимательно пожевал и сказал:

– Импортные. У нас таких не делают.