Бессмертный

Вроде совсем зеленая, а меня сразу раскусила.

– Просто… просто мой отец тоже был вором. – Девушка уже перестала дуться и стала говорить свободнее, даже румянец практически сошел. – Не таким… гм… масштабным, конечно, но все же. И водился с такой же компанией, вот я и стала на глаз отличать простых граждан от… от преступников. Но воровать я сама не хотела, из-за чего он меня даже иногда бил. Ты ничего не подумай, – быстро добавила девушка, – он меня любил. По-отцовски любил. Но иногда на него находило. А потом он умер…

– Соболезную, – сказал я, но она словно не заметила и продолжила дальше:

– Представляешь, он решил завязать.

Всю жизнь воровал, а тут решил завязать. Говорил, что хочет куда-нибудь уехать вместе со мной и зажить новой жизнью. На другую планету перелететь мы, конечно, не могли – не было ни документов, ни достаточно денег, – но он сказал, что на переезд в другой город средства он найдет. Решил с друзьями-ворами ограбить банк. Впервые. Я подслушивала их разговоры в комнате, стоя за дверьми. И вроде план был детально продуман, но что-то пошло не так и его застрелили вместе с остальными уже на выходе. А я осталась одна. Мне тогда было восемь. Ну а дальше все стандартно по сюжету: детдом, побеги из детдома, драки с ровесниками и не совсем, снова побеги и так далее и тому подобное. Но воровать я все равно не хотела, пока однажды не сбежала так далеко, что меня решили больше не ловить.

Я сидел и молча слушал, потому что понимал ее. Когда я убежал из очередного города, где сжигали ведьм и им подобных, а потом еще и из страны, я так же скитался по свету и не редко воровал, в том числе и еду.

Это только потом я понял, что могу прожить и без нее, но как и в случае со сном, поглощение еды вызывало огромное удовольствие и чувство… обычности, особенно вкусная дорогая еда, на которую у меня денег тогда не было. Не все ей сказанное было правдой – это я умел отличать, – но часть про нее саму она не выдумала.

– Тогда меня и настиг голод, – продолжала девушка.

 – Жуткий голод, который я не испытывала до этого никогда. В тот момент меня и накрыло. Я поняла, что отец делал для меня. Точнее, что он делал это ради меня. Чтобы я не голодала и была счастлива, и хотел, чтобы я тоже начала воровать, так как понимал, что рано или поздно он умрет, и я останусь одна, неспособная о себе позаботиться. У него была смертельная болезнь. Он ничего мне не говорил, а я поняла это уже намного позже.