Цифры нации

Татьяноха радовался, глядя вслед машине. Не иначе как по его сообщению направились работать ребята.

8?8?8

Тем временем Римов Сергей Иванович беседовал с Федором Ильичом по фамилии Шендерович. Это был не то чтобы разговор по душам. Это был диспут на тему «Государство и право», плавно перешедший затем к религии. При этом Римов никак не мог понять, чего такого важного лично он не заметил в Писании.

– В Новом Завете, – уточнил Федор Ильич. – Господь говорил, молясь: «Отче наш, Иже еси на небесех!.

.»

– Совершенно с вами согласен… – Римов украдкой взглянул на ручные часы. – Именно в Новом Завете.

– «Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли…»

– Приидет…

– Это не просьба, – продолжал Шендерович, – это готовность нашей души к тому, чтобы на земле стало лучше, как в Божьем царстве.

– К сожалению, ничего для вас сделать теперь не могу, – подвел черту Сергей Иванович. – Деньги по штрафу уплачены, их не вернуть, да и процессуальных возможностей таких у меня нет.

Закон я отменить тоже не могу, хотя полностью с вами согласен: наше общество деградирует, рождаемость падает… Женщина с детской коляской – это теперь редкость. И если мы не решим проблему, то скоро здесь будет пустыня. Впрочем, извините за банальность, природа не терпит пустоты – сюда придут другие…

Кошкин и Катя сидели в креслах напротив, ели бутерброды с ветчиной, запивая их чаем. Рожденный в городе, а не где-нибудь в лесу, Кошкин всегда был снисходителен к существующему порядку вещей, считал его незыблемым, включая возможность хакерства.

Эта возможность, как он считал, совпадала с положениями закона «О защите толерантности». Ведь именно в этом правовом акте говорилось о терпимости к проказам ближнего своего.

– Я только не понял, господин комиссар, – встрял он в разговор. – Для чего мы понадобились бригаде содействия?

– Это теперь милиция, – поправил его Римов, – а вот для чего и, главное, почему, мне самому непонятно.

У них нет доступа к нашей информации… Думаю, здесь собака в другом зарыта…

…Татьяноха решил проехаться по улице Железной Дивизии и вскоре остановился напротив серого здания с массивным козырьком над подъездом, опирающимся на две бетонные лапы. Здесь помещалась Главная прокуратура. Несмотря на поздний час, на третьем этаже в одном из окон горел свет, и было видно, как по светлому потолку ползают чьи-то тени.