Честность свободна от страха

Честность свободна от страха

Саша Фишер

Когда-нибудь один главный герой обязательно спросит другого главного героя: “Герр Крамм, мы что, злодеи?” И тогда второй, смывая кровь со своих рук, ему ответит: “Не сегодня, герр Шпатц, не сегодня!” Но пока первый главный герой всего лишь наивный иммигрант вымышленного государства, в котором внимательный читатель без труда опознает коктейль из Второго и Третьего Рейхов, приправленный порцией недоброй магии. Смешать. Взболтать. Подать холодным.

Саша Фишер

Честность свободна от страха

Глава 1

Niemand qu?lt mich so zum Scherz

Ich lass die Sonne an euer Herz

(Никто не мучает меня ради забавы,

Я оставляю солнце в вашем сердце)

Halt – Rammstein

– И что же заставило вас думать, что вы можете получить гражданство Шварцланда? – пожилой лысеющий клерк с длинным невыразительным лицом поднял голову, сверкнув очками.

– Моя мать родилась в Вейсланде, – светловолосый парень потоптался с ноги на ногу. Старый паркет пронзительно скрипнул, нарушив бубнящую и шуршащую бумагами тишину пограничного бюро.

Это был зал без окон с белыми стенами, освещенный матовыми стеклянными светильниками-шарами. Над каждым из трех десятков столов возвышалась табличка с номером. За каждым столом восседал клерк в оливковой униформе. Перед передними пятью столами на полу желтыми крестами были обозначены места для посетителей, с разными целями решивших пересечь границу Шварцланда.

Клерк скривил тонкие губы, очки его снова сверкнули.

– В вашей анкете указано, что ее имя Блум Грессель.

В Вейсланде нет граждан с такой фамилией. Так что жду подробностей, молодой человек!

– Это ее фамилия по мужу, – парень начал было снова переступать с ноги на ногу, но вовремя вспомнил про скрипящий паркет и замер. – Она попала в плен во время войны и должна была вернуться, но встретила отца. Они влюбились, и она осталась в Сеймсвилле. Но недавно она умерла, и отец сказал, откуда она была родом. И я решил… решил… Ну, в общем, я знаю, что не имею права на гражданство Вейсланда, я подумал, что хочу попытать счастья в Шварцланде.

– Отец сказал вам настоящее имя матери? – клерк все еще выглядел скучающим. Историй о похищениях во младенчестве, пропавших в военные годы родственников и незаконных детей от солдат армии победителей он слышал множество.

– Да. Ее звали Блум Фогельзанг. Точнее, Пферт-Катрин-Блум штамм Фогельзанг.

Шелест бумаги, скрип перьевых ручек и монотонный бубнеж моментально смолкли.