В чужой игре

Медики, заглянув в закатившиеся зрачки и смерив давление, вдруг заявили, что забирают Матроса для госпитализации. Естественно, следователь, ведущий дело, Матроса не отдал. Не для того ворюгу ловили, чтобы отпускать. Ему же надо отделение охраны приставлять.

Подследственного откачали, сунув под нос нашатырь.

…Наконец судья Николаев собрал всех в кучу – подсудимых и потерпевших – и начал судебное следствие.

– Слава тебе, господи, – радовалась Нина. – Может, рассмотрят… Чуть не год сидит в камере. Ноги гниют…

– Надо думать, рассмотрят, – поддерживал Печкин…

При рассмотрении уголовного дела потерпевшие заявили иски – защитники, естественно, с исками не согласились.

Вещи подержанные! Как можно просить за подержанную вещь такие деньги?!

– Профессиональная телекамера, говорите? – изощрялся защитник со стороны Вагина. – Вы что, оператор со студии? Нет? Может, у вас документы на камеру имеются?

– Да нет, – отвечала Ландыш Ибрагимовна.

– Ни имеются… – радовался защитник.

 – Понятно… Прошу занести в протокол.

Защитникам легко антимонии разводить. Они за ворами не гонялись. На то они и адвокаты, чтобы защищать, несмотря на то, что одна из потерпевших – их же коллега.

Ландыш Ибрагимовна вся пятнами изошла, пока давала показания.

– Меня беспокоит вопрос, – продолжал другой защитник. – Почему на момент осмотра вы говорили об одной сумме похищенного, а теперь обозначена совершенно другая сумма? Цена у вас выросла, что ли?

– У нас инфляция в стране! – взорвалась потерпевшая.

 – Какой теперь рубль?! Неужели не знаете?!..

Пятна на ее лице рассосались, и лицо стало однотонно розовым.

– Какая у вас зарплата? – донимал адвокат.

Судья терпеливо молчал.

– Для чего вам это?! Меня, что ли, судят?! – громко удивлялась потерпевшая.

– Вот именно… – согласился с потерпевшей судья Николаев.

Не поднимая глаз, он перебирал здоровой рукой бумаги. Вторая рука, с детства культя, лежала рядом в бездействии.

Однако реплика судьи защитника не смутила.

Должен же он разобраться. Может, коллега не могла купить этих вещей, о которых заявила. Такое часто случается.

– У вас всё? – сухо спросил судья.

– Пока да, ваша честь… – осекся защитник.

Судья раскрыл дело на одном из вкладышей.

– Бушуев, встаньте. Поясните суду еще раз. Как вы очутились в квартире Помойкиных? Говорят, вы там тоже бывали…

Матрос приподнялся над барьером и уставился в зал невидящими глазами.