Сила изгоев

– Он, конечно, молод и горяч, но учтите: у него самые серьезные намерения, – почти скороговоркой проговорил Дербиант.

– Точно? – обмерла от счастья женщина.

– Слово агрольда! – торжественно объявил вельможа. – Я вас тут оставлю вдвоем решить возникшие вопросы, но если мой племянник опять проявит несдержанность – только позовите. Я с ним быстро разберусь.

– Ну что вы, – ласково прощебетала сестра Крюстана. – Я хорошо понимаю порывы молодости. Сама такая.

Дверь за Дербиантом закрылась.

– А знаете, берольд, – проворковала Крислинда, – ваш дядя зря назвал небольшое приключение в коридоре неприятным.

Я предлагаю начать с того места, на котором мы остановились, если у вас действительно серьезные намерения.

«Если бы мне кто рассказал, что там было, в этом проклятом коридоре! – в ужасе пятился от пылкой невесты Мурланд. Спина уперлась в шкаф. – Все, бежать некуда. Сейчас я узнаю и про начало и про окончание».

На самом деле, зажатый между шкафом и берольдиной вельможа мог спокойно покинуть комнату: ни дерево, ни стена за его спиной не имели магической защиты и для специалиста по прохождению сквозь стены преградой не являлись, но еще раз навлечь на себя гнев агрольда «молодой и горячий» мужчина не рискнул.

Из двух зол стараются выбирать меньшее. Причем не по габаритным размерам.

– От драганов лучше избавиться, – предложил Лиртог, когда на горизонте показались стены Батренга.

После столкновения с ратниками Гронтуда критонцы и Арлангур больше не заезжали в населенные пункты.

Они скакали, не останавливаясь даже ночью, несмотря на риск встретиться с хищниками. К счастью, звери не проявляли излишнего любопытства: массовые перемещения вооруженных людей с севера на юг не на шутку встревожили зубастых обитателей леса.

– Жалко, я почти полюбил своего драгана, – сказал Парзинг.

– Ты же слышал указ короля – всех скакунов на войну. Начнут отбирать, и на нас внимание обратят, – начал объяснять Юрлинг.

– Да я все понимаю! Но ведь дальше придется идти пешком…

– Ничего страшного, ноги размять полезно.

На этот раз критонцы не рискнули идти к воротам города вместе. Сначала послали Парзинга и Арлангура. Те прошли беспрепятственно, заплатив всего одну золотую монету за двоих. Остальных критонцев пропустили за две. И никто прохожих пристально не разглядывал, не ощупывал ауру входящих магомерами. Складывалось такое ощущение, что Батренг не торопился выполнять указ Его Величества о введении чрезвычайного положения.