Сила изгоев

– Поди, узнай, что за человек пытается перейти мне дорогу, – шепнул одному из своих слуг поставщик живого товара. – Если у него слишком много лишних денег – можешь взять их себе. Но чтобы без особого шума!

– Будет сделано, – кивнул слуга, выполнявший ранее роль случайного прохожего. Взяв с собой еще двоих из свиты купца, он удалился.

Аукционист расцвел от названной суммы. Еще ни разу на его памяти обыкновенную воровку, какой бы красавицей она ни была, не продавали даже за две сотни. А ведь именно с третьей сотни начинался особый процент в его пользу.

– Молодой человек серьезно настроен на победу. Похвально. Такая красивая девушка стоит любых сокровищ, а деньги – пустое. Сегодня они есть, завтра нет. – В предчувствии крупных барышей оратора потянуло пофилософствовать.

– А деньги у этого молодого человека имеются? – Если участников торга оставалось меньше трех, каждый имел право требовать проверки состоятельности конкурента. Поставщик наложниц воспользовался своим правом, чтобы подосланный убийца точно знал, где жертва держит монеты.

Реальный стимул всегда ускорял любое дело.

– Резонное требование, – согласился аукционист, сбросив пиджак и расстегнув ворот рубахи. Ему действительно стало жарко. «Я не я, если не выжму из них три сотни», – подумал он, отправляя к белобрысому одного из помощников, охранявших пленницу.

Сама Терна стояла ни жива ни мертва от волнения. Ведь за нее сражался любимый человек. Откуда у него вдруг появились сумасшедшие деньги, девушка не задумывалась. «Трингор, прошу, пусть мой Арлангур достанется мне», – умоляла она покровителя Далгании, словно сейчас не юноша боролся за ее свободу, а она пыталась вытащить его из беды.

– Лиртог. – Сын вождя дернул критонца за руку. Подростка меньше всего интересовало происходившее на помосте. Побывав на месте раба, он теперь старался смотреть в другую сторону. Выучка заставляла воина в любой ситуации быть начеку, и мальчик внимательно следил за толпой, отмечая самые незначительные особенности в поведении незнакомых ему зрителей.

Кто-то наблюдал за происходящим с сожалением, кто-то – с нескрываемым удовольствием, кто-то – просто из любопытства. И вдруг в этой разношерстной толпе появились трое в серо-зеленой одежде. Судя по их взглядам, наполненным злостью и жаждой наживы, они задумали недоброе.

– Молодец, Рандиг, – похвалил воевода. Ему было достаточно полувзгляда, чтобы определить намерения троицы и распределение ролей в ней.

– Парзинг, хватит глазеть на красавицу.