Бортник

Близость воды и чрезвычайно плодородная почва давали возможность выращивать здесь довольно значительные урожаи сельскохозяйственных культур, которые впоследствии и служили основной пищей для хозяев этих небольших и аккуратно возделанных участков.

Ещё одним источником небольшого дохода, как впоследствии узнала гостья, было и само Журавлиное озеро, в котором в изобилии водились как простые, так и ценные породы рыб. Их периодически отлавливали и те, что пользовались спросом, как правило, относили на перекресток и продавали по довольно приличной цене.

Ия перевела взгляд на юго-запад. Там, совсем недалеко от деревни, простиралось обширное пахотное поле, на котором, как она поняла, были посеяны овёс и горох. Ближе к лесу, именуемому здесь Благушей, виднелась и посеянная рожь. Она уже имела небольшие зелёные колоски, которые теперь, повиснув на тонких и длинных стеблях, упруго гнулись под порывами тёплого летнего ветра.

Далее, за посевами, уже довольно отчетливо просматривалась невысокая, липовая, роща. Она доходила до пересечения дорог и словно обрывалась, уступая место молодым зарослям гороха.

– Пойдёмте на перекрёсток! – послышался голос Любавы. – Оттуда полностью видна вся наша деревня, наши поля и огороды, и даже Журавлиное озеро с перекрёстка выглядит как-то совсем по-иному!

– Мы уже там были и всё видели! – равнодушно произнёс Вольга.

– Что вы могли видеть, если солнце светило вам в глаза? – не сдавалась Любава. – Ты, понятное дело, всё видел и не единожды, а вот для нашей гостье, это, действительно, будет интересно. Солнце сейчас висит над Благушей, и наша деревня, купаясь в его вечерних лучах, выглядит отсюда просто непередаваемо!

– Хорошо, пусть будет по-твоему! – и Вольга, не желая спорить с сестрой, двинулся к перекрёстку. Девушки последовали за ним и уже через полчаса были на месте.

Перекрёсток, действительно, был интересен. Здесь под прямым углом пересекались две торговые дороги. Одна из них, идущая из Волока Ламского в сторону Нового Торга, была известна давно, однако движение по ней в это время года было менее интенсивным. Сани, которые были единственным средством перемещения грузов, как правило, летом ломались и вязли в болотах. С наступлением зимы, торговый путь полностью преображался.