Дочь врага

Но…где-то в глубине души живет надежда, что в будущем все будет так, как обрисовал Егор. По крайней мере, я очень хочу в это верить.

– Ну, что? Партию в шахматы и спать?

– Чур, я хожу белыми! – счастливо выкрикивает сын, выбегая из гостиной за набором шахмат.

***

Лена…Моя любимая…Она стоит в легком кремовом платье, ветер колышет его и треплет пряди волос, которые моя жена так забавно откидывает назад. Лена тянет ко мне руки и шепчет со слезами на глазах:

– Спаси меня…Спаси, Матвей…Как же так, любимый? Ты не смог…не смог меня спасти…

Ее круглый живот окрашивается красным, я бегу навстречу, чтобы спасти, чтобы предотвратить трагедию, но Лена вновь рассеивается, как утренняя дымка.

Но я вижу кое-что новенькое.

На месте моей жены стоит маленькая девочка с темными кудрявыми волосами и огромными голубыми глазами. Доверчиво смотрит прямо мне в глаза, проникая прямо в душу. Я раскрываю рот, чтобы спросить, кто она, но малышка опережает:

– Папочка, почему так? Я ведь хотела быть рядом с вами: с тобой, мамочкой и Егором.

А теперь мне сказали, что я навсегда останусь ангелом и увижу тебя нескоро. Только если ты сам не придешь…Может, ты все-таки поиграешь со мной? – и тянет маленькую тоненькую ручку. И я медленно бреду навстречу, желая хоть раз прикоснуться к дочери, прижать к себе. Почти дохожу, но меня зовет голос. Встревоженный и испуганный. Понимаю, что теряю связь с маленькой девочкой. Я мечусь, не зная, куда мне податься: то ли навстречу дочери и обрести наконец долгожданный покой, то ли вернуться к обладательнице голоса, которой удалось покорить меня с первого взгляда…

– Матвей! Матвей, проснись, слышишь?! Немедленно! Просыпайся, я тебе говорю!

– Папочка, а как же я? Я же останусь совсем одна…– шепчет Вероника, и по ее глазам катятся крупные слезы.

Тяну к ней руки, почти коснулся ее шелковых волос, но…снова просыпаюсь.

Но в этот раз все не как обычно. Сейчас я не один в моей личной преисподней.

Ева. Это она звала меня. И это именно она сейчас стоит и смотрит на меня обеспокоенным взглядом.

Но при этом я сейчас испытываю смешанные чувства: с одной стороны, рад, что она пришла, значит, ей не совсем все равно на меня, а с другой – я не хочу, чтобы кто-то видел меня в таком состоянии.

– Матвей, с тобой все в порядке? – обеспокоенно спрашивает Ева, отбрасывая свои лавандовые волосы назад. Не знаю, на самом деле так или же это игра моего больного воображения, но, кажется, от Евы даже пахнет лавандой.