Мадина

Я поворачиваюсь и впервые внимательно, как завороженная, смотрю в темные, а в сумраке комнаты кажущиеся черными глаза мужчины и тихо, но искренне и от души произношу:

– Спасибо вам. За все.

Лев еще сильнее сводит свои широкие брови, и делает вид, что не услышал сказанного мной.

– Моя комната находится напротив, если что-то понадобится, позови. В любое время. Здесь твои лекарства, – кладет пакетик на прикроватную тумбочку. – Здесь рецепт, там указано, что, в каких дозах и когда принимать. А это твои вещи, – протягивает мой рюкзачок, который я поначалу и не заметила.

Я беру его, нечаянно задевая пальцы мужчины. И меня как будто током ударило. Захотелось продлить это прикосновение, ощутить силу этих рук, которые в силах и жизнь спасти, и защитить, и, я уверена, подарить нежность. Что со мной происходит? Почему я так реагирую на этого мужчину?

Я очень плохо спала ночью: несмотря на принятое лекарство с вечера, любое движение приносило мне боль, а спина горела от прикосновения ткани.

Под утро, утомленная невозможностью уснуть, я просто сняла футболку и скинула ее на пол. И только после этого, устроившись на подушке максимально аккуратно, мне удалось ненадолго вздремнуть.

Меня разбудило то, что кто-то аккуратно тряс меня за плечо и звал по имени. С трудом открываю глаза, в первые секунды не понимая, где нахожусь, привыкая к тусклому освещению комнаты. Перевожу взгляд на стоящего напротив мужчину. Лев! Взвизгиваю, потому что я совершенно обнажена до пояса, а простыня, которой я укрывалась, сползла, обнажая мою грудь.

Резко вскакиваю, стону от прострелившей боли, но натягиваю простынь до самого подбородка.

– Спокойно, Маша, – незнакомое имя режет слух, но я вспоминаю, что сама им же и назвалась. – Не дергайся, я же врач, меня ничем подобным не удивишь, – спокойно, с мягкой улыбкой произносит он.

– Сейчас вы стоите рядом со мной не как врач, и мы не в больнице, – пытаюсь возразить, не смея поднять глаз на мужчину, сгорая от стыда.

– Как раз-таки сейчас я стою, как врач.

Я пришел обработать твои раны на спине и дать тебе выпить антибиотик, прежде чем я уйду на работу. Его надо принимать в одно и то же время.

– Извините, я… у меня очень болела спина, не могла уснуть и подумала, что без футболки мне будет легче, – начала я оправдываться. Господи, как теперь в глаза-то ему смотреть?! Наверно, мне еще никогда в жизни не было так стыдно. Почему-то мне было не все равно, что подумает именно этот мужчина.