Александровские Кадеты. Смута. Том 2

Царские войска глубоко вклинились в нашу территорию, однако в этом для них кроется и большая угроза – мы нависаем над их флангами. Два достаточно мощных удара по сходящимся направлениям могут привести…

– Именно так я это и задумал! – перебил Лев Давидович. – Окружить и уничтожить! То, на что не способны оказались битые царские генералы, осуществим мы – командиры пролетарской армии новой России! Соберите лучшие дивизии! Чтобы у нас было впятеро… нет, вдесятеро больше сил на участках прорыва! Неудачи не должно быть, помните! Потому что с теми, у кого сплошные неудачи, разбираться будет наш секретно-исполнительный отдел.

Товарищ Бешанов, шаг вперёд!

Товарищ Бешанов шагнул, и глаза Ирины Ивановны едва заметно сузились. Сузились на миг, и вот уже вновь сделались прежними.

– Он прекрасно провёл кампанию по изъятию излишков хлеба у контрреволюционного казачества, конфисковал большое количество оружия и уничтожил множество готовых выступить против советской власти царских наймитов. Так что не сомневайтесь, сумеет разобраться и с теми, кто станет действовать недостаточно решительно.

Помните – никакой пощады контрреволюционерам! Мы обязаны разгромить их раз и навсегда, чтобы отсюда, из отсталой и тёмной России, хлынул бы во все стороны свет мировой пролетарской революции!

Бешанов, подбоченившись, обвёл приумолкнувших краскомов нехорошим, прищуренным взглядом – словно мясник, явившийся выбрать пару-тройку поросят для вертела.

Повисло неловкое молчание. Далеко не все испугались – трое или четверо комдивов глядели на Бешанова безо всякого страха, и Ирина Ивановна заметила, как губы Йоськи Бешеного чуть дрогнули, искривились – он тоже это увидел.

– Итак, какие дивизии вы предполагаете сосредоточить для удара? – как ни в чём не бывало осведомился Троцкий у Сиверса.

Тот начал перечислять номера частей, количество штыков, сабель, орудий и пулемётов, но Лев Давидович лишь небрежно помахал рукой.

– С этим, товарищ Сиверс, вы разберётесь сами. Нет, я спрашиваю – каково качество этих дивизий? Они из полков старой армии или уже нового формирования? Каков процент сознательного пролетариата и беднейшего крестьянства? Процент добровольцев? Какие комиссары там работают, каково настроение бойцов? И не перекладывайте это на военный совет! Комфронта отвечает за всё, помните это.

Сиверс не то чтобы побледнел, но кулаки у него сжались. Гордость его была явно задета.

– Дивизии, товарищ Троцкий, в основном старые.