Александровские Кадеты. Смута. Том 2

Мы, – его голос вдруг упал почти до театрального шёпота, – обеспечим вам замену.

При этих словах Бешанов приосанился и подался вперёд, гордо закладывая ладони за ремень.

Но и Сиверс был сделан не из песочного теста. Пусть его и прошиб пот, однако голос его не дрожал, и отвечал он твёрдо:

– Ваши распоряжения, товарищ народный комиссар, будут безусловно выполнены. Да, я ручаюсь в успехе. Да, мы, конечно же, сделаем так, чтобы слава досталась нашим рабочим дивизиям…

– Сведите разрозненные батальоны и полки, где много пролетариата, особенно добровольцев, в особые дивизии, – властно перебил Троцкий.

 – Используйте их для достижения конечного успеха, пусть старая армия пробивает оборону белых. Вот товарищи Будённый и Ворошилов хорошо воюют, смело! Доверьте им, к примеру, наши новые конные части, из красного казачества и других.

– Будет исполнено! – отчеканил Сиверс.

– Когда вы планировали наступать? – вдруг совсем иным тоном спросил Троцкий.

– По нашему изначальному плану – через две недели… дождавшись полного сосредоточения…

– Вздор! При пятикратном перевесе вы уже сейчас можете прорвать белый фронт, не дожидаясь, пока они сами закопаются в землю.

Начинайте операцию немедленно! Сколько у вас наличных сил сосредоточено непосредственно для нанесения удара?

– Пока ещё нисколько, мы планировали сделать это в последние трое суток, дабы сохранить в тайне направления наших главных ударов…

– Начинайте переброску немедленно. Я лично приму на себя координацию действий Южного и Юго-Восточного фронтов.

Штаб мой разместится здесь. Товарищ Шульц, проследите за соответствующим оформлением всех приказов! И мне на подпись как можно скорее! Вам всё понятно, товарищи командиры?

Ответом были молчание да кивки.

– Превосходно! – Троцкий обвёл всех горящим взглядом. – Сон, еду и прочие, как говорится, «буржуазные излишества» надлежит свести к абсолютно необходимому минимуму. Неудачи, как я сказал, не должно быть. Мировая революция ждёт нашего успеха.

Приступайте к работе немедля!

Встал, резко крутнулся на каблуках и вышел – почти вылетел – в сопровождении всей своей свиты. Последним уходил Бешанов.

Энергия Льва Давидовича Троцкого, казалось, способна распространяться прямо «через воздух», заражая всех вокруг. Посыльные раньше ходили – теперь бегали, да не просто так, а и впрямь «сломя голову»; пишущие машинки трещали, словно целая пулемётная рота, пишбарышни старались как могли.