Таксидермист

– Что-то нет никакого желания, – сказал я, вдыхая свежий, морозный воздух. – Что с ним случилось? – мотнул я головой в сторону здания морга.

Тофель включил двигатель автомобиля, закурил и сказал:

– Погибший этот не кто иной, как депутат Медведев. Сорок два года, большой любитель бегать с собакой по вечерам. Вчера его нашли мертвым в близлежащем парке. Вот в общем-то и все. Хотя нет, не все. В последнее время Медведев засветился в нескольких темных историях по присвоению и перепродаже государственного и муниципального имущества, в результате чего стал весьма состоятельным господином с внушительным счетом в банке.

– Может быть, в его смерти замешаны какие-нибудь наследники? – предположил я.

Тофель стряхнул пепел, большим пальцем задумчиво провел по губам и ответил:

– Та баба, с которой Медведев жил, числилась только в любовницах – законной супругой ему не была и, значит, на наследство претендовать не могла. Других наследников у Медведева нет, вот и выходит, что через шесть месяцев как то и предусмотрено законом, наше родное государство приберет к рукам очень хорошее состояние.

– Значит, смерть этого депутата выгодна была одному только нашему государству? – сделал я вывод.

– Не спеши с умозаключениями, – сказал Тофель, – хотя знаешь, на тупое ограбление это тоже не похоже. Скажи, что можно отобрать у человека, бегающего по парку в спортивном костюме?

– А собака? – вспомнил я.

– Собака особой ценности не представляла, если ты об этом, – усмехнулся Тофель. – Обычный далматинец. Ее, кстати, на месте преступления так и не нашли. Убежала, наверное, куда-нибудь со страху.

– Ну так что? Едем обедать? – спросил Олег Николаевич.

Я отказался и с тупой головой после посещения мрачного заведения направился на остановку общественного транспорта, сославшись на то, что желаю немного прогуляться по свежему воздуху и побыть одному.

На следующий день Тофель появился на работе, сияя как начищенный пятак.

– Новость слыхал? – обратился он ко мне. – Патологоанатом обнаружил в крови Медведева остаточные следы биджипи шестнадцать.

– Что это еще такое? – удивился я.

Тофель закурил и, хитро прищурившись, сказал:

– Это же нулевые! Расцвет фармацевтики. Каждый день в мире изобретаются новые препараты. Разного рода спортсмены и бодибилдеры уже просто не могут без химии.