Верное слово

Не повезло – не в секретный институт, не на самоновейший завод, а куда-нибудь в глубинку, поднимать сельское хозяйство или выковыривать из полей и готовящихся к осущению болот оставшуюся с войны смертоносную «память»: неразорвавшиеся снаряды, мины…

Машка отвернулась от окна. Уселась на подоконник. Игорь не мог оторвать взгляда от заполняющегося выпускниками двора.

– Я получил, – не утерпел Фимка, уж очень хотелось похвастаться. – В институте останусь, на кафедре непрямых и скрытых воздействий. А вам Арнольдыч как раз и велел передать, мол, за распределение надо поговорить.

Так что давайте, давайте, ноги в руки и вперёд! Отец ждать не любит.

Виктор Арнольдыч, и правда, был из тех, кто ждать не умел. Да и где ему было научиться? – каждое слово его исполнялось мгновенно, потому что от одного укоризненно-печального взгляда декана всё внутри переворачивалось, и казалось, что ты не урок недоучил, не лекцию пропустил, а Родину предал. Он никогда не повышал голоса, со всеми был дружески ласков. И потому все звали декана просто Арнольдычем, а чаще – Отцом.

Не по фамильярно-фронтовому «батей», который и от «губы» отмажет, и на что иное глаза закроет, коль дело знаешь, а именно Отцом. Строгим, но справедливым. Даже присказка имелась у старших курсов – «Бога побойся, Отца не позорь». Словно наделили декана особым даром, не то чтобы магическим – магов здесь на каждом углу хватало. Просто было в нём что-то, в добром мудром взгляде, в тембре голоса, от чего – попроси он что угодно – отдежурить лишний день, сгонять в город с документами, выучить за ночь новую тему и назавтра лекцию младшим курсам прочитать – хотелось тотчас броситься: выполнить, выдержать, оправдать.

– Идём, Игорёк. Девчонки! Света, Таня, очередь подержите? Арнольдычу мы зачем-то понадобились…

– Ещё б не понадобились, вы ему экзамены лучше всех сдали, – буркнула блондинистая Татьяна, холодно глядя на Машкину верхнюю пуговицу. Маша подобралась, готовая ответить колкостью.

– Не завидуй, Танюха, всё равно ты самая красивая девушка на курсе! – разрядил обстановку Игорь.

Машка фыркнула и зашагала по коридору. Игорёк насмешливо козырнул зарумянившейся Таньке и в два широких шага догнал подругу.

– Маш, ну не обращай внимания, – заговорил он, – ты лучшая. Все же знают, хотя кое-кому это и поперёк горла.

– Я не лучшая и в лучшие не набиваюсь, – отозвалась Машка, – я просто учить умею.

– Вот я и говорю – лучшая, – улыбнулся Игорь. – Не переживай так, ничего плохого Отец не скажет.