Заговорщики. Перед расплатой

Страшная жара днем и ночью, без малейшей передышки, тучи комаров…

– Вот-вот, только этого еще недоставало: чтобы летчики боялись комаров!

– А что ты думаешь! Посмотри на свое лицо: оно, наверно, зудит. А руки…

– Но я не собираюсь бежать отсюда!

– А вот когда летчик не может сомкнуть глаз из-за того, что жилище наполнено проклятыми насекомыми, когда он не может без содрогания надеть кислородную маску, когда натянуть перчатки для него страдание, когда комары доведут его нервную систему до того, что он станет раздражаться из-за каждого пустяка?.

– Война есть война, – жестко ответил Джойс. – Что необходимо летчику для того, чтобы существовать и драться в любых условиях, в любой обстановке? По-моему, одно: знать, что это нужно. Народ, партия приказали: «Иди, дерись там!» Иди и дерись. Смалодушничал – дезертир, изменник… Точка зрения простая и ясная.

С очевидным желанием переменить разговор Мэй начала рассказывать:

– Тут один парень…

– Американец?

– Нет, индус… Он очень страдал из-за того, что его эвакуировали.

– Летчик?

– Да.

– Его отослали?

– Командир отослал. Считал его «воздушным гимнастом». У нас тут на этот счет своя точка зрения.

– Ты что-нибудь путаешь, – проговорил Джойс. – В истребительной части не могут бранить летчика за то, что он хорошо владеет машиной. Небось, парень выкинул что-нибудь неподходящее.

– Может быть. Однако здесь царит своя теория.

– Какая же?

– Командир считает, что от истребителя, в особенности от впервые попадающего на войну, требуется не только умение один на один драться с противником, а главное – умение прикрыть товарища…

– Кто же станет отрицать необходимость прикрывать товарища? Но как можно говорить, что для истребителя не является первейшим правилом боя бросаться на противника и бить его везде и всюду, во всяких условиях и в любом положении?.

– А на той стороне много американцев, – вдруг сказала она. – Настоящие воздушные гангстеры… Сам увидишь в первом же бою.

Джойс смутился: ему не очень хотелось говорить Мэй, что хотя он и переучился на истребителя, но сюда приехал опять простым механиком.

– Теперь приходит так много американских трофеев, что я тут гораздо нужнее как механик.

– Да, но…

– Разве мне самому приятно торчать на земле, когда я мог бы летать? Но раз нужно – значит, нужно. Коммунисту было бы не к лицу спорить с китайским командованием. Именно потому, что оно китайское.