Заговорщики. Преступление

– Вы не так меня поняли, Джон, – виновато произнес Доллас: – Фрумэн будет иметь отношение к сенатской комиссии по проверке деятельности военных промышленников. Знаете… – он повертел пальцами в воздухе. – В связи с этой историей о злоупотреблениях при поставках на армию… Может быть, даже президент сделает Фрумэна председателем этой комиссии…

– Рузвельт назначит Фрумэна?

– А что ж тут такого?

– Вы, как всегда, все выдумали? – И Ванденгейм уставился на своего поверенного так, что тот съежился.

– Убей меня бог, – проговорил Доллас, – мне говорил это сам Леги.

На этот раз Ванденгейм так стремительно поднялся в постели, словно помолодел на сорок лет. В один миг сброшенная пижама полетела в угол через голову Долласа.

– Какого черта вы никогда не говорите всего сразу? – сердито кричал Ванденгейм. – Военная промышленность – как раз та область, в которой нам недостает своего сенатора!

– Леги говорит, что Фрумэна выдвигает сам президент…

При этих словах пальцы Ванденгейма, возившиеся с завязками пижамных штанов, вдруг замерли, потом рванули шнурок так, что он лопнул.

Джон свистнул, как обыкновенный бродяга.

– Нужно разобраться в этом вашем Фрумэне… Он может оказаться попросту шпиком Рузвельта. Мне уже не раз подбрасывали молодцов, чтобы сунуть нос в дела, куда я никогда никого не пускал и пускать не намерен… Тащите сюда этого парня, а сами – к телефону! Звоните Джеймсу Пендергасту: пусть скажет, в какой мере можно доверять этому сенатору, черт бы его драл!.

. В общем, конечно, это правильная идея: во главе сенатской комиссии должен стоять наш парень… – И вдруг, воззрившись на Долласа, свирепо рявкнул: – Где же ваш Фрумэн? Может быть, вы боитесь нарушить его утренний завтрак? Так скажите этой дохлой сове, что теперь не до завтраков: скоро Европа потребует от нас столько оружия, сколько мы не производили никогда. Слышите, Фосс: никогда… По ту сторону океана предстоит переломать кости нескольким десяткам миллионов человек! Этого не сделаешь голыми руками!

Лицо Фостера приняло плотоядное выражение.

Адвокат потер вспотевшие руки.

– Ничего необычайного, Джонни. На бойнях в Чикаго такая цифра не испугала бы никого…

Одно мгновение Джон смотрел на него, переваривая смысл сказанного. Потом с брезгливостью посторонился.

– Вы тупое животное, Фосс… Настоящее животное, – проговорил он. – Люди не быки. Их нельзя миллионами загонять под нож мясника.