С любовью. Ди Каприо

 – И зачем тогда мы тут? Мог бы сказать мне всё это на свежем воздухе…

– Я не могу открыть тебе кредит, – хитро усмехнулся Вир, – но имею полное право сделать выгодное предложение. Ты – иностранец. Фаранг. Наш гость. Именно поэтому я повесил там, в баре, твой портрет.

– Поясни, – попросил Никита.

– Давай выпьем, это хороший тайский ром. Выпьем, и я всё расскажу.

Никита взял стаканчик, чокнулся с улыбающимся Виром и выпил. Он уже имел сомнительное удовольствие пить «Санг сом» и не ожидал чуда, но на его усталый организм сто грамм рома оказали поистине живительное действие.

В животе бесшумно взорвалась тепловая бомбочка, исчезла дрожь в руках и ногах, а голова прояснилась.

– Портрет – это по нашим, тайским, законам, так положено, – заговорил Вир, жестикулируя и по-прежнему улыбаясь. – Если человек потерялся, пропал, не может вспомнить своего имени, нужно вешать портрет. Чтобы духи помогли!

– Опять духи… – с тоской простонал Никита.

В жестяную дверь немедленно кто-то заскрёбся, страшно и настойчиво.

Словно бы и вправду духи со всего Таиланда собрались там и пытаются теперь добраться до Никиты с разными нехорошими целями.

Вир крикнул что-то по-тайски и бросил в дверь тапок. Дверь загудела, как гонг, и звуки прекратились.

– Портрет, – продолжил Вир, – нужен для того, чтобы кто-то опознал человека, и ему смогли оказать помощь.

– Да кто меня тут узнает! – не выдержав, опять заорал Никита. – Я тут никогда не был! Я даже не знаю, где это вообще – тут…

– Не кричи, – мягко остановил новую истерику Вир.

 – Есть один способ. Завтра рано утром я поеду в соседнюю деревню, в Конг Ме. Там есть полицейский участок. В участке – рация. Я покажу твой портрет и попрошу полицейских связаться с их начальством в Чианграе. А там уже точно знают, что делать. Возможно, за тобой даже прилетит вертолёт.

– С чего бы это? – не понял Никита. – И это… Почему бы нам не поехать вместе?

– Ты что! – вскинулся Вир, и его крохотные узкие глазки вдруг сделались большими и круглыми, как у персонажа из манги.

 – До Конг Ме сорок семь километров по джунглям.

– Ну, мы же не пешком пойдём, – пожал плечами Никита. – Сам сказал – поедем.

– В джунглях, – наклонив голову, доверительно сказал Вир, – «красные кхмеры». Ты – фаранг. Мы не доедем.

– Почему?

Вместо ответа Вир красноречиво провёл большим пальцем по шее и сделал зверское лицо.

– Да ладно, – не поверил Никита.