Стихийник: Сердце пламени

Девушка невесело усмехнулась:

– Меня ты тоже считаешь тварью?

Тьянка выронила корзину и прижала руки к груди:

– Что вы, госпожа, как можно?! Я знаю, как вам непросто жить с этим даром… – Она понизила голос до театрального шёпота и украдкой огляделась по сторонам: – Но я знаю, что вы не такая, как они. Милостивый Альхард снизошёл и обласкал вас своей милостью, даровал удивительные возможности, чтобы вы использовали их на благо королевства.

Ивонет горько усмехнулась. Да, Тьянка – одна из немногих, кто посвящён в её тайну, но почему-то упорно верящая, что это всё не от родства с альвами, а ниспосланная свыше благодать.

Наверное, поэтому она долгие годы остается незаменимой и самой преданной помощницей.

– Ой! Простите меня, госпожа, вы, верно, голодны.

Она засуетилась, подавая приборы. Потом неуклюже опустилась на колени и стала быстро собирать выпавшее из корзины белье, а после, пообещав вернуться как можно скорее, выпорхнула прочь.

Несмотря на голод и аппетитные ароматы, завтрак показался безвкусным, а все мысли были заняты только альхами.

Неужели и правда они показали себя, вышли из тени? Но зачем?

«Чтобы творить зло! Ведь так учат писания», – ответил внутренний голос.

Но почему душа противится такой правде? Может, потому что сама такая же? Ведь если бы не королевская кровь и защита, её тоже могли бы принять за тварь хаоса и пленить. А так – только домыслы, догадки и шепотки придворных вслед.

Тьянку пришлось ждать долго. Ивонет успела побродить по комнатам, обсудить с Лимой свои тревоги и опасения.

Но когда терпение было уже на грани, Тьянка всё же появилась. Вновь с виноватым и затравленным взглядом. А за ней, как за мамой-уткой, шли мальчишки и несли вёдра с горячей водой.

Суета и шум наводнили покои, но девушку они не обманули: Тьянка среди этого хаоса была сама не своя. Отрешенная и напуганная, она вздрагивала при каждом шорохе.

– Тьянка, что-то случилось?

– Простите, госпожа, я… – её глаза беспокойно забегали.

Придумать оправдание у нее не получилось. Тогда Ивонет терпеливо дождалась, когда дверь за слугами закроется, и подошла к девушке вплотную.

– Что происходит? Уже второй день на тебе лица нет, ты надолго пропадаешь, а как появляешься – тебя не узнать. Это как-то связано с Минфридом? Ты что-то узнала и боишься мне рассказать? Прошу, не стоит, я всегда тебе помогу и смогу защитить.

– Нет, что вы, госпожа, – завертела головой девушка, – вам кажется.