Черная медведица

Мощные лапы ящера ступали по земле удивительно легко. Слегка покачивалась в такт шагам массивная трехрогая голова. В небе снова кружил этот крылатый. Медведица усмехнулась: мальчики по одному не ходят?

Ящер остановился в нескольких шагах по ту сторону щита. Со спины рептилии легко спрыгнул темноволосый охотник. Один из тех, кто был тогда в группе. Медведица не могла его не узнать. Из оружия только небольшой топор, пристегнутый к бедру. И нож за голенищем сапога. Хороший он, видимо, боец. Высокий, ладно сложен. Крупные развитые мышцы угадываются под рубахой.

Двигается ловко, но спокойно. Уверен в себе, но без бравады. Без бахвальства. Ей это нравилось. Бой с ним был бы не из легких.

Крылатый тоже был сильным соперником. Ей тогда туго пришлось в драке с ним. Но в сравнении с этим охотником, крылатый казался более импульсивным и более предсказуемым. Ее внимательно изучали сейчас желтые глаза. Без злобы, без вызова.

– Зачем ты трогаешь щит? – спросил охотник.

– Я не знаю, как по-другому позвать вас.

– Зачем?

– Что мне сделать, чтоб меня приняли к вам?

– Почему ты хочешь к нам?

– Я одна, а выживать проще с кем-то вместе.

– Ты же вроде медведь. А медведи одиночки.

– Но я еще и человек.

– Что ты о нас знаешь?

– Я видела вас один раз… Это все.

Охотник рассматривал ее лицо. Наверное, пытался понять, насколько ей можно верить.

– Слушай, вы вроде боевые ребята. Я тоже могу вам пригодиться. Я охотиться не умею, но я быстро научусь, если покажете. Обузой не буду.

Незнакомец молчал.

Спокойно опущены вдоль тела крупные руки. Он сейчас уйдет. Медведица чувствовала это его намерение, несмотря на то, что он не двигался. Он не верит. Не срабатывает! Что-то у нее в животе болезненно сжалось. Охотник сделал полшага назад. Еще мгновение, и он отвернется от нее.

– Я больше не могу! – вдруг сорвалось с ее губ. Во взгляде охотника промелькнуло что-то. Он остановился. А Медведица вдруг успокоилась. Слова родились вдруг сами собой. – Я устала от людей. Они хотят крови.

Они хотят убийств. Я всю жизнь просидела в клетке на потеху им. Я не могу так больше. Я жить хочу. Только не знаю, как это делается…

Что-то неуловимо изменилось. Она сказала правду. Свою настоящую правду. Желто-оранжевые глаза теперь смотрели немного иначе. Нет, в них не прибавилось радушия. Но все же ей казалось, что и отчуждения стало меньше. Охотник взобрался на спину своего ящера.

– Мы подумаем, – сказал напоследок мужчина. – Будь поблизости через пару дней.