Принцесса Больничного двора 2

Поскольку у Павла в рюкзаке освободилось место от медицинского чемоданчика он, не взирая на активное сопротивление Мани, переложил себе часть её поклажи.

Пока шла подготовка к походу, Маня бегом бросилась в лес. – Я за сестричками, – предупредила она доктора. Павел свистнул Малышу, и тот быстро догнал девочку.

Пернатые члены маленького отряда и в вольной жизни держались вместе. И хотя каждая из сестёр заимела себе пару и жила в своём собственном гнезде, но их гнёзда находились в самой непосредственной близости друг от друга на одном и том же дереве, поэтому Мане было не трудно найти их.

Подойдя к облюбованному птичками дереву, она задрала голову к верху и слегка свистнула. Малыш призывно залаял.

– Чики-рики-тик? – одновременно пискнуло с разных веток.

– Мы уходим, девочки, – сообщила сестричкам Маня. – Вы с нами?

– Чики – чики, – заволновались птички и, спустившись вниз, уселись девочке на плечи. Малыш завилял хвостом и стал описывать вокруг них круги.

– Вы не хотите?

– Чики рики тик-тик, – одновременно запищали они.

– Вы не можете…, – догадалась Маня. – У вас, наверное, детки… Ну, тогда, конечно…, что ж делать… Оставайтесь тогда. А нам нужно идти дальше. Сестрички вспорхнули ей на голову и стали нежно пощипывать её за волосы.

– Нет, – отрицательно покачала головой Маня, – остаться мы не можем, и не просите. Прощайте, даст бог, свидимся ещё.

– Чики-чик чирик, – пропели птички и вспорхнули вверх.

Малыш неодобрительно посмотрел вслед своим крылатым подружкам и призывно залаял, но сестрички не ответили, их внимание было уже поглощено совсем другими делами – семейными, где места старым друзьям уже не было.

Когда взгрустнувшие Маня и Малыш вернулись назад, все уже были в сборе. Наступило время прощания.

Расставание было тяжёлым. Маленькие дети, не понимая, что происходит, но, ощущая горе взрослых, ревели без остановки; женщины, ритмично раскачиваясь и взявшись за руки, пели свои молитвы, чтобы отогнать злых духов, а мужчины подавленно молчали.

Они думали о том, что, простившись с белыми людьми, они не будут больше ощущать рядом с собой их могучую и добрую силу. Силу, которая спасла их от голода и смерти, сделала их жизнь безопасной и красивой. Они боялись оказаться снова одни во враждебном мире, полном испытаний и опасностей. Маня, по очереди обнимая всех, держалась до последних сил, но когда до неё донёсся шедший из их пекарни запах свежеиспечённого утреннего хлеба, разрыдалась.