Эфемерия

***

Солнечный зайчик настойчиво лез в глаза, а свежий ветерок обдувал разгоряченное тело, которое всю ночь терзали галлюцинации. Не сразу сообразив, где нахожусь, я приподнялась, стряхнула с себя одеяло и застыла, с недоумением оглядываясь. Как это возможно? Комната, которую я помнила как эпицентр хаоса и разрухи, была чисто прибрана. Никаких следов землетрясения. Ни трещин, ни осыпавшихся потолков, ни поваленной мебели – все было идеально. Как будто ничего и не произошло.

Но не это заставило окончательно проснуться и выбило почву из-под ног, а приоткрытая оконная рама, к которой тянуло ветвь огромное дерево с острыми резными листками.

Ежась от утренней прохлады и подгибая озябшие пальцы, я подбежала к подоконнику и с любопытством воззрилась на это чудо природы. Откуда в кирпичном тупике появилось дерево? Огромное и мощное, с нереально сочной кроной, оно выросло прямо в бетоне, который вздулся и пошёл трещинами от мощных корней.

Я непроизвольно потянулась навстречу сочной зелени и наполовину высунулась из окна, стремясь коснуться молодых листочков, но в это момент за моей спиной многозначительно откашлялись.

С глухими ударами сердца я втянула себя обратно, словно меня поймали за чем-то непристойным.

– Самая глупая смерть – это смерть по неосторожности. – Порыв ветра рывком захлопнул створки за спиной, и я подпрыгнула на месте.

– Эварт?!

– Оправилась? Слышал, что ты вчера учудила, – язвительно пропел парень, кусая сочное яблоко, сок от которого тут же потек по его татуированной руке.

Я хотела его послать, но почувствовала на себе очень нездоровый взгляд с проблеском любопытства. Мне потребовалось три секунды, чтобы осознать, что я стою перед мужчиной практически голая. Вскрикнув, я прикрыла грудь руками и стремительно забежала в ванную.

«Черт! Черт! Черт!»

Я оглядела себя в висящем на стене овальном зеркале. Я была в одних трусиках, а одежда, в которой я вчера завалилась спать, была аккуратно сложена на тумбе.

– Варвара, – елейно и издевательски промурлыкали за дверью, – не все так плохо. Пара пластических операций исправит все дефекты…

– Иди к дьяволу! – зло крикнула я, пытаясь холодной водой заглушить стыд, окрасивший лицо алым. Но, сколько бы я ни умывалась, лицо горело, а ущемленная гордость требовала отмщения.