Академия стихий. Артефакт через время

К черту такие занятия! К черту мегеру! Не буду больше посмешищем, пойду в библиотеку и займусь чем-нибудь полезным, посмотрю книги про другие планеты и попытаюсь понять, как мне быстрее вернуться домой, например!

Алан Битройт

Агнерова девчонка! Отпустил, называется, на самостоятельные лекции, где можно пропадать несколько часов? Мозг полностью отказывался соображать, так как его охватила ярость с маленькой толикой беспокойства. Договаривались с Юлианой, что встречу её после пар, но не тут-то было, когда я подошел к аудитории адепты о ней даже не слышали, то есть на парах с третьекурсниками она не появлялась.

Методом исключения отправился на поиски, где первый курс мне сообщил, что девушка ушла со второй пары и больше они её не видели. Дранг! Надоело! Надоело постоянно изображать приветливость и натянуто улыбаться до зубного скрежета, так и знал, что план Кроя провалится с агнерами в бездну.

– В академии появилась иномирянка, – вспоминаю слова ректора, – она говорит, что оказалась здесь случайно и хочет вернуться домой, лжи я не почувствовал, но нужно будет к ней присмотреться, и, по необходимости, помочь.

– Серьёзно? Тебе надоело наблюдать мою кислую мину, и ты решил отвлечь меня девчонкой? – просьба ректора вывела меня из себя, в последнее время мы практически не общались, злость на Кроя, за то, что он побежал за очередной юбкой, вместо того, чтобы спасти свою семью, полыхала во мне яростью при каждом взгляде на него, и он это видел. Видел и от этого ему становилось еще хуже, наверное, поэтому я удивился, когда Эра сообщила, что ректор хочет со мной серьезно поговорить, – Почему ты так низко меня оцениваешь? Иномерянка? Может тогда Элин Горлиш под меня подложить, чтобы подняла мне настроение и от тебя отцепилась?

– Советую подбирать слова, – голосом ректора можно было резать металл, он бы распотрошил его в крошку, – свое горе и мнение можешь запихнуть в свой аристократический зад, мне надоело выслушивать твое нытьё.

– Чего же ты тогда от меня хочешь? – слова Кроя меня задели, и разговаривал я уже сквозь зубы, желая побыстрее от него отделаться.

– У меня есть предположение, что появление девушки как-то связано со смертью Жасмин и родителей, – как удар под дых, по самой больной точке.

Жасмин, первая и единственная любовь, до дрожи от каждого прикосновения, взгляда, поцелуя. Еще ни одна девушка не проникала в его мысли, в его сердце, так глубоко, так надежно и навсегда. Ради неё он был готов на все.