Орден Крона. Армия свободы

Вряд ли ты поможешь квертиндцам, бессмысленно погибнув в случайной стычке.

– Господин, – в кабинет заглянула напуганная девица в кружевной маске. – Гости уже в сборе, ждут начала торжества.

Она с ещё большим ужасом оглядела своего господина, а затем с неприязнью – меня, будто именно я являлась причиной задержки.

– Дай мне несколько минут, Юна, – Демиург заторопился к выходу. – Приведу себя в порядок, и мы спустимся на маскарад. – У дверей он всё-таки задержался: – Я подумаю над твоей просьбой и её выполнением.

Но сейчас нас ждут другие дела.

***

– Приятно познакомиться, господин Плессир! – я согнула ноги в коленях и опустила голову, имитируя поклон. – Рада видеть вас на празднике.

– Очаровательно! – приложился к руке подслеповатый старичок и поднёс к глазу пенсне: – А кто ваш спутник?

Господин Плессир был без маски, но в высоком тяжёлом парике, увенчанном золотой короной. При каждом поклоне волосяная конструкция так и норовила свалиться с головы старика на того, кому не повезло оказаться его собеседником.

Я предусмотрительно сделала полшага назад и покосилась на Демиурга.

– Таинственный благодетель, как и вы, – выдала я заученную заранее фразу.

Старичок оказался доволен ответом, как и стоящий рядом Демиург, сделавшийся на удивление молчаливым. В отличие от моей, маска создателя Ордена Крона почти полностью скрывала лицо, демонстрируя взору лишь подбородок с неизменной ямочкой.

Господин Демиург за короткий срок обрёл положенную безупречность: успел отмыться от грязи, переодеться в подбитый пурпуром камзол и обернуть вокруг шеи шарф из тонкого полотна, завязав его в пышный бант и пустив концы на грудь.

Ноги мужчины украшали туфли с золочёными пряжками, а перстни на длинных пальцах прятались под кружевом манжет. Но и этого показалось недостаточно для преображения: волосы Демиурга побелели, а в прорезях маски снова мелькали одинаковые глаза – тёмно-фиолетовые. Судя по количеству схожих образов, пломпами решили воспользоваться многие: создавалось впечатление, что мёртвые Иверийцы не просто восстали этой ночью, но ещё и заметно расплодились.

Господин Плессир отошёл, увлекая за собой молодую остроносую девушку с тяжёлыми серьгами. Из толпы тут же возник ворчливый Минестл, недовольно почёсывающий длинную бороду.

– Добро пожаловать на праздник, господин Минестл! – процедила я сквозь зубы.

От улыбки болели щёки, и всё же при виде казначея я с усилием растянула уголки губ.