С чистого листа

– Хорошо-то как! – не удержав радости, всплеснула руками помощница по хозяйству. – Внучков вечером сын с невесткой привезут, давненько деток не видала, – пояснила, торопливо снимая фартук. – Так я побежала? – вопросительно посмотрела на Тамару Валерьевну.

– Бегите, – доброжелательно ответила та.

Едва Серафима вышла, Савелий Андреевич отодвинул тарелку. Положив перед собой руки, сцепил пальцы в замок и, глядя на нас со Светланой тяжелым взором, поинтересовался:

– Как прошел день, девочки?

– Насыщенно, – отозвалась Света.

Промокнув губы полотняной салфеткой, отложила ту в сторонку. – Выяснили, что Ярослава открывшаяся. Это она вырастила твой желудь. И я ей все рассказала, – не отводя глаз от отца, девушка гордо вздернула подбородок. – Мы впервые с Ярой нашли общий язык, поладили. Не хочу и не буду сестре врать, – она непримиримо сдвинула брови.

Многозначительно глянув на супругу, мужчина помолчал, затем неожиданно благодушно произнес:

– Ясно.

Неверяще хлопая пушистыми ресницами, Светлана озадаченно посмотрела на отца.

Спустя долгую паузу, c недоумением поинтересовалась:

– И все? Больше ничего не скажешь?

– Ну почему же, – усмехнулся тот. – Мы с мамой вновь убедились – ты всегда поступаешь по-своему.

– Зачем тогда просили? – озадаченно пробормотала девушка.

– Попытка – не пытка, – спокойно ответила Тамара Валерьевна, поднимаясь из-за стола. – Помоги мне с посудой.

Бурча что-то неразборчиво под нос, Светлана встала и принялась собирать тарелки.

Я хотела помочь, но Савелий Андреевич остановил:

– Хочу с тобой поговорить, Ярослава. Пойдем со мной.

Ножки отодвигаемого мужчиной стула противно заскрежетали по полу. Моментально насторожившись, я быстро глянула на Светлану. Та подбадривающе улыбнулась.

Коротко кивнула сестре и направилась следом за мужчиной. Поднявшись на второй этаж, Савелий Андреевич прошел прямо, уверенно распахнул одну из двух закрытых дверей и пригласил:

– Проходи.

Неторопливо переступила порог.

Сразу же в глаза бросились две картины, висящие рядышком на светло-оливковых обоях: коричневые рамки и красно-коричневые рисунки то ли птиц, то ли кого-то неведомого с крыльями. Немного поразглядывав их, прошла дальше.

В кабинете дяди оказалось довольно уютно.

Справа всю стену занимала темно-коричневая встроенная мебель: под навесными шкафчиками крепился большой стол без ножек, рядом – стул без спинки.

«И как на нем долго сидеть? Спина же устанет.