Пациентка

Он вытер руки салфеткой, взяв десертную вилку, наколол часть пирожного, и протянул Але. Бисквит оказался нежным и вкусным, но в этот момент все казалось Але приторно- сладким, и ликер, и выпечка, и сам мужчина.

Вечер продолжался, Геннадий пил раз, за разом произнося тосты за «саму очаровательную и привлекательную спутницу», за «солнышко», за «лапочку», ласковые эпитеты сыпались на Алю как снег на голову. Она пыталась незаметно выскользнуть из заведения, но была поймана ловкими и сильными руками нового знакомого около стойки бара.

– Куда летишь моя птичка, вечер только начинается! Я хочу пригласить тебя на танец.

Он сделал заказ певцу и обхватил Алю крепкими руками. К чести, сказать вел он уверенно и профессионально, Але оставалось лишь подчиняться, и она плыла в такт музыки.

Геннадий шепнул ей:

– Тебе ведь нравится, лапочка?

Аля уже десять раз пожалела, что поддалась на уговоры случайного знакомого, но все начиналось так мило.

После первого медленного танца сразу начался второй, а затем и третий, Геннадий поглаживал ее талию и плечи.

Аля испытывала одновременно и отторжение, и влечение к новому знакомому.

Наконец он с сожалением отпустил ее, и несколько церемонно, взяв за руку, проводил до столика:

– Ты хотела сбежать от меня? – спросил он.

Аля взяла бокал вина и выпила почти залпом, ей стало жарко, щеки пылали, и она не знала, что делать дальше.

Геннадий неожиданно грустно на нее посмотрел:

– Неужели я так не приятен тебе?

Аля немного успокоилась, легкое тепло разлилось по телу:

– Прости, дело не в тебе, я давно не встречалась с мужчинами.

– Хочешь, уйдем отсюда? – предложил Геннадий.

Аля с облегчением покидала ресторан, уже битком набитый людьми. Женские оголенные, загоревшие тела, разряженные в яркие летние платья, плавно изгибались над столиками и приникали к широкоплечим спутникам, как на подбор одетым в черные или малиновые пиджаки, на их широких шеях за расстегнутыми воротами рубах, виднелись массивные золотые цепи.

Мужские пальцы, украшенные перстнями- болтами, доставали пухлые пачки банкнот и веером рассыпали их подоспевшим к расчету официантам. Все здесь пытались произвести впечатление друг на друга.

На воздухе Але стало легче. Они прошли квартал и завернули за угол, оказавшись на тихой улице. Геннадий легонько прижал Алю к стене одного из зданий, на табличке которого значилось «Золото Банк».