Пациентка

Его горячее дыхание коснулось шеи, руки ловко задрали тесную трикотажную блузку, нескромно блуждая по ее талии и груди. Аля прикрыла глаза, эти прикосновения оказались приятными, они встретились губами.

Геннадий чуть отстранился и легонько потянул ее за собой:

– Пойдем, здесь не далеко.

Аля на мгновение напряглась, но потом разрешила себе следовать за ним. Он ей нравился и не нравился одновременно.

Они оказались в темном подъезде, в нос ударил запах кошек и старых половиков, Аля, осторожно ступала по отполированным до идеальной гладкости ступенькам крутой лестницы пятиэтажной «хрущовки».

Геннадий вытащил связку ключей, дверь открылась, и они оказались внутри. Его долго сдерживаемый порыв вырвался наружу:

– Алёна, девочка моя прекрасная, хочу тебя, – его влажные губы торопливо и жадно целовали лицо, волосы, шею.

Он взял ее на руки и отнес в комнату. Они оба оказались на диване с вытертым покрывалом, изображавшим полосатых тигров.

Аля сползла с его колен:

– Мне нужно в ванную.

– Не собираешься в очередной раз сбежать?

– Нет, не собираюсь.

Вернувшись в комнату, Аля обнаружила нового знакомого с обнаженным торсом, он держал два бокала игристого вина.

Аля заметила, что он не плохо сложен, широкоплеч, но чуть свисавший над ремнем живот выдавал в нем любителя пива и праздного время провождения.

Аля взяла протянутый ей бокал и произнесла:

– За неожиданное знакомство.

Потом тосты уже не считала, как и количество выпитого спиртного. Бар у Геннадия оказался обширным, и он угощал ее разнообразными сладкими ликерами: абрикосовым, кокосовым, она смешала несколько, на ходу придумывая название новому коктейлю.

Затем, она, чуть пошатываясь, опустилась между его бедер и расстегнула молнию. Не помнила, что и как делала, только слышала его стоны и подбадривания: «еще», «так, так» и «детка, как хорошо», а потом терпкий вкус заполнил рот.

Аля еле добежала до ванной комнаты и закрылась там. Тело выворачивало, а весь алкогольный ассортимент бара фонтаном изливался в унитаз. Ее трясло. Посидев не много на кафельном полу, Аля встала, ноги все еще дрожали, она ухватилась за край раковины и, окунув, под струю воды лицо, жадно стала пить воду. От толстого махрового полотенца пахло застарелыми постирушками и гелем для ванны, ее опять скрутил желудочный спазм.