Танго со смертью

А что делать? За несколько бурных лет роли в их тандеме распределились именно таким образом, и сейчас было не время и тем более не место их менять.

Башмачков заявился в палату Лины после обеда, когда в отделении наступило относительное затишье, и сразу же скрылся в туалете – переодеваться.

– Ой, здравствуй, доктор Айболит! – расхохоталась Лина, когда он нарисовался перед ней в весьма странном прикиде. Башмачков переоделся в медицинский костюм и теперь настороженно и смущенно взирал на Лину.

Зрелище было феерическое. Зеленые штаны оказались ему явно коротки, из-под них торчали не по сезону белые носки, а с его салатовой курточки, на которой предательски выделялись дамские вытачки, на Лину весело глядели разноцветные мультяшные лягушки.

– Понимаешь, приятель свой костюм дать не смог, у него сегодня дежурство, в итоге одолжил мне костюмчик его жены, женщины дородной и крупной, однако невысокой. Галка – педиатр, потому и костюмчик у нее такой веселый, – оправдывался Башмачков, старательно поправляя вытачки на куртке и пытаясь слегка приспустить брюки, чтобы они казались хоть чуть длиннее.

– Ладно, не парься, и так сойдет, – снисходительно заявила Лина. – У здешних докторов столько работы, что им некогда друг друга разглядывать. Я, пожалуй, останусь в своих пижамных штанах, а белый халат мне Танечка даст. Я ей лапши на уши навешала, что, мол, для подруги очень надо. Типа Люся приедет навещать меня в неурочное время, а без халата ее Рустам Маратович погонит из отделения отборными профессорскими ругательствами.

– Что делать-то надо? – угрюмо поинтересовался Башмачков и попросил: – Только, умоляю, Лин, без самодеятельности и опасных трюков. Операция твоя была недавно. Вот только на днях тебя от капельницы отключили. Надеюсь, ты не хочешь обратно в реанимацию?

– Ой, только не это! – невольно вскричала Лина, вспомнив ужасы палаты интенсивной терапии и женский низкий голос с хрипотцой.

По спине опять побежали предательские мурашки, однако она взяла себя в руки и принялась горячо убеждать Башмачкова:

– Да не парься ты так, Башмик! Ничего особенного нам делать не придется. Так, легкое волнующее приключение, а для меня хоть какое-то разнообразие в больничной скукотище.

– Знаю я твои «ничего особенного». – проворчал Башмачков. Он приобнял Лину и чмокнул ее в щеку.

Лина невольно прижалась к нему, но вскоре отпрянула.