Танго со смертью

Прямо перед ними врач и сестра, приложив к двери электронный ключ, вкатили в операционную очередного пациента. Не успели они захлопнуть дверь, как Лина завопила деловым тоном:

– Пожалуйста, не закрывайте дверь, нам начальство велело забрать пациента из реанимации.

Врач на ее крики даже не обернулся, а медицинская сестра любезно придержала дверь ногой, пока они вкатывали в операционное отделение пустую каталку. К счастью, их никто не видел. Навстречу попался лишь какой-то медбрат в помятом халате, но он очень спешил и не обратил на Лину и Башмачкова никакого внимания.

– Легко сказать: «Забрать из реанимации», – подала голос Лина, когда другая бригада скрылась из вида. – А где ее тут искать, эту скорбную обитель связанных доходяг?

– Мы сейчас похожи на диверсантов, заброшенных в тыл врага и забывших карту на родине. – хохотнул Башмачков. – Главное – идти уверенной походкой и внимательно читать надписи на дверях. Вот видишь: 1-я операционная, 2-я операционная…Где же эта чертова реанимация?

– Башмачков, тихо! Смотри, в конце коридора приоткрыта дверь.

Вон та, без таблички. Буду Волочковой, если это не реанимация… Двигай туда! Только аккуратнее, не спались! Главное, не пялься по сторонам, мы не на экскурсии.

Лина и Башмачков развернули пустую каталку и спрятались за колонной возле приоткрытой двери.

За дверью было тихо. Они постояли пару минут, затем Лина отделилась от стены и, прокравшись на цыпочках, заглянула в большой зал.

На двух кроватях лежали прооперированные пациенты. К каждому тянулись провода от приборов, а от ртов пациентов отходили гофрированные трубки, похожие на узкие слоновьи хоботы, они присоединялись к аппаратам искусственной вентиляции легких. Пациенты не шевелились, поскольку руки-ноги у них, как еще недавно у Лины, были привязаны к койкам.

– Странно, врачей вообще не видно, – шепнула Лина Башмачкову, вернувшись в коридор. Пойдем еще раз посмотрим.

Только держи, пожалуйста, язык за зубами. Больные в реанимации, хоть и не разговаривают, однако все видят и все слышат, это я по себе знаю.

Лина и Башмачков, стараясь ступать как можно тише, вошли в реанимационное отделение. Лина почувствовала, как по спине потекла тонкая струйка пота.

– Ничего не понимаю, – прошептала она на ухо Башмачков, – где врачи и сестры? Мне казалось, что больных в реанимации без присмотра не оставляют.