По эту сторону зла (Былое и дамы-2)

Бедный Райнер не мог поверить тому, что услышал, – ведь за четыре года их горячей любви они, по сути, никогда не расставались. А теперь она хочет покинуть его одинокого в чужой стране – не может быть! Правда, однажды они расстались по его инициативе – он хотел доказать себе и Лу свою независимость и способность обойтись без ее забот. И отправился путешествовать по Италии один, без нее. Там он вел «Флорентийский дневник», из которого было ясно, что все его попытки поучаствовать в празднике омрачены отсутствием Лу.

Можно сказать, что эта единственная разлука не удалась. Надеясь, что и эта не удастся, он робко спросил:

– Может, не надо оставаться в Москве, а сразу в Германию?

– Скажи, куда в Германии ты поедешь без меня? – жестко поинтересовалась Лу. Райнер не узнал ее голоса, она никогда с ним так не говорила, всегда была сама ласка и нежность. – Не к Карлу же в Шмаргендорф?

К Карлу он и впрямь не мог поехать без нее. Но почему без нее? Они ведь могут поехать вместе.

– Нет, вместе мы поехать не можем! – еще более жестко сказала Лу.

 – Я еду в Финляндию к брату, я очень устала. Мне нужно отдохнуть и привести себя в порядок.

– Отдохнуть – от чего? – спросил он, заранее пугаясь ее ответа.

И она его не пощадила:

– В частности, от тебя!

Петра

Хочется спросить – что с ней случилось? За что она его так?

Есть несколько вариантов, ни один из них ничем не подтвержден.

Самый простой – Райнер ей просто надоел. Опьянение прошло, и Лу его увидела таким, каким он был в реальности, – слабым, нервозным, беззащитным.

Как он убегал со двора мужика, согласившегося зарезать их петушка! Как отвратительно дрожал и цеплялся за нее! Разве настоящие мужчины так поступают? А тут еще неудачный визит к Толстому – ведь, по сути, все произошло так нескладно из-за Райнера. Толстой ему прямо сказал, что поэты никому не нужны. Хоть Лу и ценила поэзию Райнера, но лучше бы к великому старцу она отправилась одна, к ней он наверняка отнесся бы иначе.

А главное – Райнер слишком часто впадает в отчаяние, плачет, стонет, жалуется. Она так устала от его нытья! Лу счастлива, что вернулась в Россию, – тут она нашла потерянную частицу себя, которой ей так не хватало. А хнычущий Райнер к этому счастью вовсе не причастен и висит у нее на шее тяжким ярмом. Вот она его с себя и сбросила без всяких церемоний – это вполне соответствовало ее широко декларированной свободе от предрассудков.