Фельдмаршал в бубенцах

Иначе шиш с маслом, тут и к цыганке не ходи.

Задетый шотландец поморщился, поискал какой-нибудь достойный уничижительный ответ, но ссориться не хотелось, и он просто спросил:

– Ты больше ничего не знаешь о Паолине?

По лицу Пеппо прошла тень.

– Нет, – коротко отрезал он, отворачиваясь. Годелот невольно закатил глаза.

– Ты до гробовой доски себя казнить будешь? – чуть понизил он голос, а оружейник вдруг рявкнул в манере первых дней их знакомства:

– Слушай, не лезь, а?!

Солдат уже готов был огрызнуться в ответ, но вдруг осекся, снова прикусывая губу.

А напряженные плечи Пеппо расслабились, ссутуливаясь.

– Прости… – пробормотал он. А затем чуть принужденно добавил: – Так что у нас с новым местом для писем?

* * *

– И что вы думаете? Он все-таки женился! – победоносно заключила Росанна, и толпящаяся у прилавка стайка девиц разразилась смехом.

У лавочницы хватало подруг из постоянных покупательниц и соседских дочерей, и они никогда не упускали возможности навестить Росанну в дни, когда мессер Барбьери отлучался по делам.

В уютной лавчонке можно было укрыться от зноя или непогоды, вволю посудачить, а под хорошую руку и угоститься сладостями. Вот и сейчас в корзинке посреди прилавка быстро убывал черный изюм, уже были обговорены и новая юбка чьей-то сестры, и забавный толстяк, за которого собралась замуж чья-то кузина, и прочие не менее важные и волнующие материи.

Росанна же самозабвенно веселила подруг сплетнями, зная, что звонкий хохот девичьего цветника заглушит любые голоса из кладовой надежнее всякого иного шума.

А отец потом услышит немало соседской воркотни, дескать, гвалту было как в курятнике, что отметет у него сомнения, весь ли день дочь провела в лавке.

Сесилия, младшая дочь портного Кальвино, худая девица с длинным унылым лицом, зато в котте дорогого зеленого сукна, наклонилась вперед и понизила голос:

– Дамы, а знаете, мне батюшка к именинам камизу у вышивальщицы заказал. Сущее загляденье, прямо жаль под юбками прятать.

Послышались восхищенные вздохи – Сесилия была любимицей отца и порой получала от него невиданные подарки.

С удовольствием выслушав расспросы, девушка чуть зарделась:

– Да чего рассказывать-то… Росанна, дай-ка в кладовую зайти. Сами узор рассмотрите.

Но Росанна вдруг с опаской оглянулась на дверь кладовой и помотала головой:

– И не думай! Я утром там такую крысу увидела – чуть в обморок не повалилась. Я в кладовую до батюшкиного возвращения ни ногой, да и вам не советую.