Фельдмаршал в бубенцах

Тебе все равно никто не поможет, да оно и к лучшему. Кровь-то с пола отмоешь, а с девичьей репутации уже едва ли.

Росанна не ответила. Она сжалась в комок в углу, натянув на колени подол, и замерла, следя глазами за монахом, как мышь за змеей. Голова была совершенно пуста, грудь заходилась болью от удара, но страх успел перегореть. А монах невозмутимо сел на край прилавка, свесив ноги самым неподходящим для его сана образом, и погрузился в ожидание, будто забыв про девушку.

На улице совсем стемнело. Где-то громыхали цепи уличных фонарей, хлопали ставни.

А в полутемной лавке время, казалось, остановилось. Негромко потрескивала свеча. Монах сидел совершенно неподвижно, только профиль его, резкий и не лишенный изящества, четко вырисовывался в желтом ореоле.

Росанне уже казалось, что что-то пошло не так, что-то в мире споткнулось и она навечно заплутает в этом причудливом кошмаре. Но вдруг по ступеням крыльца взбежали легкие шаги, и кто-то с силой дернул на себя запертую дверь…

Глава 7

Ахиллесова пасть

У Росанны застучали зубы: сейчас что-то должно произойти.

Затоптавшееся на месте время было готово снова тронуться вперед, по своему обыкновению не разбирая, кого подминают под себя его вертящиеся колеса. «Тебе никто не поможет… Кровь-то с пола отмоешь…» Кто бы ни явился, ему лучше просто понять, что лавка закрыта. Но на крыльце так и стоят не убранные на ночь мешки, а значит…

– Росанна! – раздался из-за двери знакомый голос, и девушка едва не застонала вслух. Она ждала Пеппо два дня, почему он должен был прийти именно сейчас?

Ответ не заставил себя ждать.

Это он. Именно его ждет страшный монах. Один Сатана ведает, кто и как позвал его сюда, но лавка, всего несколько дней назад казавшаяся таким надежным местом, сегодня стала ловушкой, и ей, Росанне, отведена роль приманки. Девушка облизнула кровь, снова выступившую на губах, набрала воздуха.

– Пеппо! – закричала она. – Уходи! Сейчас же!

Но дверь содрогнулась под новым ударом, и на сей раз в голосе оружейника прозвучала холодная злоба:

– Эй, ты там! Кто бы ты ни был – открывай! Или я сейчас окно высажу, шуму не оберешься!

Монах неторопливо спрыгнул с прилавка и двинулся к Росанне.

– Не ори, парень, – отозвался он почти небрежно, – ты тут завсегда желанный гость. Только шаг назад и руки пустые. А то, гляди, меня не послушаешь – так я девку попрошу.

– А ты мне не грози, – донеслось в ответ, – а то, гляди, испугаюсь да замертво на пороге свалюсь.