Прочь с Земли

Он сладко спал, и Морозов передал тёплый урчащий комочек жене, чтобы та положила его в сумку.

– Умеешь ты, деда, управляться с хищниками, – одобрительно проговорила Леночка.

– Да, прям, как настоящий охотник-тигреро, – выдал шуточку Борька.

Морозов даже не улыбнулся – не до того было сейчас. Он внимательно посмотрел на внучку и сказал:

– Пойдём, поговорим, дорогая.

****

Когда Леночка была маленькая, она думала, что принцы живут со своими мамами, а принцессы – с драконами.

Сейчас она училась уже в шестом классе и знала, что драконов на свете не бывает.

А вот ведьмы на свете есть, и работают они учительницами в школах. Учительница математики сегодня опять придиралась к ней, и Леночка вспылила, наговорила дерзостей и убежала домой переживать обиду. К тому же её не взяли участвовать в школьном спектакле, а этот Васька Смирнов, этот…

Тут Леночка опять залилась слезами.

А она так ждала Новый год… Ждала, потому что терпеть не могла осень. По её мнению, времён года на свете должно быть только два.

Первое – лето, когда тепло, солнце и не надо ходить в школу. Второе – когда снег и подарки. А тут – осень, которая длится и длится вместе с вечно хмурым небом, затяжным дождём, мокрым снегом и чёртовой школой.

От перенсов и других взрослых – одни нравоучения… Учись, учись… Пригодится обязательно! Не хочешь вставать в школу в шесть утра, будешь вставать дворником на работу в четыре… Мы учились и пережили, и ты переживёшь. И благодари, что у тебя есть школа, друзья и учителя. Есть люди, которые хотят получить знания, но не могут и остаются неучами…

Да, учителя… А если математичка орёт, как бешеная, а хвалит и ставит хорошие оценки только тем, кто из семьи побогаче? А если другие для неё вообще – мусор? И как ты не готовишься к уроку, а математика – это такой предмет, по которому пару получить – проще простого.

Вот и получаешь пару, а исправить её потом – целая история.

А Васька Смирнов нарочно скребёт мелом по доске. Нарочно, назло всем и особенно ей. Чтобы она морщилась и закрывала уши руками.

Ему говоришь: «Не скреби!» А он всё скребёт и скребёт.

– Он опять скребёт мелом по доске, деда, – сказала она.

– А ты ему говорила, что тебе неприятно? – спросил тот.

– Говорила! Сколько раз говорила.

– А как ты говорила?

– Говорила: «Хватит, идиот, надоел уже!»

Дед склонил голову набок и посмотрел на неё жалостно.

– Ну, ещё говорила… Достал вконец, придурок, – уже тише добавила она.

– А он? – спросил дед с улыбкой.