Голландка

Запечатлев панораму со всех возможных ракурсов, они кружными путями, кустами и любой подвернувшейся тенью, вернулись к машине, проверили, как она там дымится, и углубились в город.

Близилось время перекусить, и наученному горьким опытом Даниилу не хотелось доводить Лану до состояния «хочу-не могу». Она в нем неадекватна еще больше обычного. Поэтому, заметив вывеску ресторана, выглядевшую солидно и не обещавшую чебуреки, пиццу или шаурму, Даниил, не раздумывая, свернул к нему.

Внутри царила прохлада, от потока охлаждённого воздуха по плечам Ланы побежали мурашки.

Крохотные лампочки, вделанные в стену, ненавязчиво освещали самые темные углы, как путеводные крошки, только не хлебные, а звездные. Витая лестница под старину заставила Лану поморщиться – столько розочек в последний раз она видела на вышитых салфеточках своей прабабушки. Только здесь они были металлические.

Ресторан производил двоякое впечатление. Вроде и богато отремонтирован, но при этом плитка на стенах, как в махровой столовке, из которой его, наверное, и переделали.

Кожаные сиденья диванчиков Йоланда отвергла сразу – хоть она и не в шортах, а удовольствия от горячей липнущей поверхности никакого. Ей машины хватило.

К счастью, нашлись и другие места: нечто вроде лежанок, застеленных ковровой тканью, с узорчато вышитыми подушечками вместо спинки. Будь они на улице, в этом богатстве тоже было бы жарко, но в прохладе ресторана сиделось вполне сносно. Сбоку на столе стояла лампа под тканым, желтым, выцветшим от времени абажуром.

Антураж заброшенной старинной усадьбы в действии.

Лана не удержалась и сфоткала несколько раз интерьер. Мало ли пригодится, а нет – пойдет в папку «когда-нибудь».

Впрочем, еда оказалась высочайшего качества, с увесистыми порциями. Никакой высокой французской кухни, к большому Ланиному облегчению. Цены были тоже куда демократичнее, чем в столице.

Солнце потихоньку клонилось к горизонту, но палило по-прежнему нещадно.

Идеально было бы переждать самую жару в ресторане, но терять драгоценные кадры «золотого времени», когда тени ложатся в самом выгодном ракурсе, Лана не хотела. Засиживаться в ресторане они не стали. Запив съеденное ледяным квасом, сыто переваливаясь, путешественники вышли на улицу и последовали по маршруту дальше.

Характерные улочки, на которые Лана возлагала такие надежды, как на будущий фон для игры, оказались сплошным разочарованием.